Пожалуйста, введите доступный Вам адрес электронной почты. По окончании процесса покупки Вам будет выслано письмо со ссылкой на книгу.

Выберите способ оплаты
Некоторые из выбранных Вами книг были заказаны ранее. Вы уверены, что хотите купить их повторно?
Некоторые из выбранных Вами книг были заказаны ранее. Вы можете просмотреть ваш предыдущий заказ после авторизации на сайте или оформить новый заказ.
В Вашу корзину были добавлены книги, не предназначенные для продажи или уже купленные Вами. Эти книги были удалены из заказа. Вы можете просмотреть отредактированный заказ или продолжить покупку.

Список удаленных книг:

В Вашу корзину были добавлены книги, не предназначенные для продажи или уже купленные Вами. Эти книги были удалены из заказа. Вы можете авторизоваться на сайте и просмотреть список доступных книг или продолжить покупку

Список удаленных книг:

Купить Редактировать корзину Логин
Поиск
Расширенный поиск Простой поиск
«+» - книги обязательно содержат данное слово (например, +Пушкин - все книги о Пушкине).
«-» - исключает книги, содержащие данное слово (например, -Лермонтов - в книгах нет упоминания Лермонтова).
«&&» - книги обязательно содержат оба слова (например, Пушкин && Лермонтов - в каждой книге упоминается и Пушкин, и Лермонтов).
«OR» - любое из слов (или оба) должны присутствовать в книге (например, Пушкин OR Лермонтов - в книгах упоминается либо Пушкин, либо Лермонтов, либо оба).
«*» - поиск по части слова (например, Пушк* - показаны все книги, в которых есть слова, начинающиеся на «пушк»).
«""» - определяет точный порядок слов в результатах поиска (например, "Александр Пушкин" - показаны все книги с таким словосочетанием).
«~6» - число слов между словами запроса в результатах поиска не превышает указанного (например, "Пушкин Лермонтов"~6 - в книгах не более 6 слов между словами Пушкин и Лермонтов)
 
 
Страница

Страница недоступна для просмотра

OK Cancel
Современная психотерапия: теория и практика Judith A. Rubin The Art of Art Therapy: What Every Art Therapist Needs to Know Taylor & Francis 1986 Джудит А.Рубин ИСКУССТВО АРТ-ТЕРАПИИ Электронное издание Москва Институт общегуманитарных исследований 2016 УДК 159.9 ББК 65.290-2 Р28 Рубин, Джудит А. Р28 Искусство арт-терапии [Электронный ресурс] / Джудит А. Рубин ; пер. с англ. И. Костина. — Эл. изд. — Электрон. текстовые дан. (1 файл pdf : 302 с.). — М. : Институт общегуманитарных исследований, 2016. — (Современная психология: теория и практика). — Систем. требования: Adobe Reader XI либо Adobe Digital Editions 4.5 ; экран 10". ISBN 978-5-94193-882-7 Автор демонстрирует тонкий и деликатный подход к арт-терапии, представляя основные методики лечения эмоционально, увлеченно и с большой долей здравого смысла. Автор анализирует специальные знания, необходимые для более продуктивной работы с людьми любого возраста и в разных условиях; в то же время она большое внимание уделяет решению проблем, с которыми сталкиваются и терапевты, и их клиенты в качестве создателей произведений изобразительного искусства. УДК 159.9 ББК 65.290-2 Деривативное электронное издание на основе печатного издания: Искусство арт-терапии / Джудит А. Рубин ; пер. с англ. И. Костина. — М. : Институт общегуманитарных исследований, 2015. — 300 с., ил. — (Современная психология: теория и практика). — ISBN 978-5-88230-097-4. В соответствии со ст. 1299 и 1301 ГК РФ при устранении ограничений, установленных техническими средствами защиты авторских прав, правообладатель вправе требовать от нарушителя возмещения убытков или выплаты компенсации. ISBN 978-5-94193-882-7 © Перевод, редакция, оформление, ИОИ, 2015 Содержание Глава 1. Знакомство с художественными материалами#8; 15 Глава 2. Знакомство с творческим процессом#8; 25 Глава 3. Знакомство с творческим продуктом#8; 35 Глава 4. Знакомство с развитием#8; 47 Глава 5. Знакомство с динамикой и отклонениями#8; 57 Глава 6. Знакомство с терапией#8; 65 Глава 7. Знакомство с арт-терапией#8; 83 Глава 8. Подготовка сеанса#8; 93 Глава 9. Вызов экспрессии#8; 107 Глава 10. Фасилитация экспрессии#8; 123 Глава 11. Смотреть и учиться у искусства#8; 140 Глава 12. Работать артистично #8; 157 Глава 13. Знакомство с работой преподавателя #8; 174 Глава 14. Знакомство с работой руководителя#8; 185 Глава 15. Знакомство с работой консультанта#8; 199 Глава 16. Знакомство с научно-исследовательской работой#8; 211 Глава 17. Знакомство с теорией#8; 223 Глава 18. Разные популяции клиентов#8; 239 Глава 19. Разные типы учреждений#8; 251 Глава 20. Разные методы лечения#8; 265 Вступление В озможно, слишком самонадеянно полагать, что я смогла описать «искусство терапии искусством», и я с самого начала хочу убедиться в том, что читателям известно о моих сомнениях по поводу названия этой книги. Она не является безоговорочной инструкцией о том, кáк следует проводить арт-терапию. Я больше всего уверена в том, что терапевты должны найти свой собственный стиль работы, подходящий только для них и отличающийся от стиля работы других специалистов, занимающихся арт-терапией. Тем не менее даже с учетом неизбежных различий в подходе к лечению арт-терапевты должны обладать некоторыми общими знаниями, необходимыми для эффективной арт-терапии с клиентами любого возраста и в любом учреждении. К общим знаниям следует добавить специальные знания, необходимые для работы с конкретными популяциями клиентов в конкретных условиях. Эти знания я и надеюсь предложить в общих чертах вниманию читателя. Почему я стала писать эту книгу? Я сильно огорчалась всякий раз, когда слышала или читала о работе в области арт-терапии. Слишком часто специалист, одаренный или образованный в одних областях знаний, к сожалению, обделен этими качествами в других. Больше всего меня расстроило мое ощущение — думаю, обоснованное, — того, что человек даже не подозревает о своих недостатках. Может быть, размышляла я, этим людям никогда не объясняли, что для работы в арт-терапии необходимы знания? Я как раз и попыталась объяснить это в своей книге. Возможно, я заблуждаюсь, потому что есть успешные арт-терапевты, которые эффективно работают не благодаря новым знаниям, а благодаря тому, что они — люди определенного склада. Поэтому я пишу не только о том, что врачу необходимо учиться, но и том, каким он должен быть как личность, признавая, что особая форма, которую принимает такая личность, может меняться от человека к человеку. Честно говоря, я скептически отношусь к тому, что можно научиться некоторым чертам характера, однако признаю, что они часто становятся присущи людям после глубоких изменяющих их переживаний, таких как психотерапия. По меньшей мере, человек способен укреплять, оправдывать и поддерживать такие свои качества, как непредвзятость, гибкость, готовность к творчеству и заботу о других. Я не совсем уверена, что эти черты характера могут передаваться точно так же, как знания. Так или иначе, по- Искусство арт-терапии 7 скольку эти свойства необходимы для успешной работы в арт-терапии, нельзя не упомянуть о них в нашей книге. Эта книга в известном смысле является попыткой определить, что необходимо делать, чтобы стать хорошим арт-терапевтом, и она, конечно, «списана» с людей — специалистов в области арт-терапии и других областей, — которых я знаю и которыми восхищаюсь. Это психоаналитики, психологи, психиатры, специалисты других видов терапии, преподаватели и художники. Это и самые ранние для меня примеры любви и заботы — отец, мать и бабушка, чьей памяти я с любовью посвящаю эту книгу. Джудит А.Рубин Благодарность Х очу поблагодарить Элинор Ульман, издателя «Американского журJournal of Art Therapy), нала по арт-терапии» (American за разрешение перепечатать части главы 6, которые впервые появились в обсуждении группой специалистов темы «Перенос и контрперенос в арт-терапии» (1982, Vol.21, No.1, pp. 10–12). Я также хочу поблагодарить за неоценимую помощь своих коллег, Линду Гант (арт-терапевта) и Элинор Ирвин (драматерапевта), которые одолели рукопись этой книги и дали свои советы и рекомендации по ее улучшению. Также хочу сказать спасибо Фрэн Сэлли и Элейн Уэйд — молодым специалистам, стажерам, которые оказали мне большую помощь: прочитали рукопись, внесли корректурную правку, сделали необходимое количество копий. Самую большую благодарность я хочу передать Глэдис Эйджелл (президенту Ассоциации американских арт-терапевтов) и Ирен Джекаб (президенту Американского общества психопатологии экспрессии) за согласие прочитать текст и высказать свои замечания перед его опубликованием. Я также благодарю моего издателя, Энн Аладефф, с которой было очень приятно работать. Я хочу выразить особую благодарность за помощь Западному психиатрическому институту и больнице Питтсбургского университета, в которой я работаю, где текст книги набрали и обработали на компьютере, и где мне предоставили все необходимые материалы из средств массовой информации. Фотографии сделали: Джейкоб Малеци, Норман Рабинович, Шила Рэмси, Норман Снайдер и автор. Книга не увидела бы свет так скоро, если бы Нона Рубин не напечатала превосходно ее первый черновой вариант; и ее могло не быть вовсе, если бы не терпение, великодушие и поддержка моей семьи — Дженни, Джона и Херба. Примечание: В книгу помещены в основном фотографии реальных клиентов и их произведений, хотя на некоторых снимках изображены обычные дети и взрослые, в школе и на сеансах арт-терапии. Все фотографии передают основную идею автора. На обложке — подлинный автопортрет подростка, страдающего анорексией. Предисловие Р азмышляя о том, что составляет искусство арт-терапии, я прихоискусства к простому выводу, что существует область и область терапии, и обе они чрезвычайно важны. По мере их исследования я обобнаружила, что существует еще одна область, которую я назвала ластью взаимодействия. В ней главное значение приобретает терапевтическое воскрешение в памяти искусства пациента и его реакция на него. Книга начинается с этих трех главных разделов. В первом разделе, «Искусство», есть главы, которые знакомят нас с главными компонентами искусства — художественными материалами, творческим процессом и произведением искусства — с точки зрения их формы, содержания и символического языка искусства. Во второй части, «Терапия», говорится о том, что терапевту необходимо иметь следующие знания: о развитии человека и его динамике, а также об условиях его терапевтического изменения и о процессе этого изменения. Кроме общих знаний об арт-терапии терапевт должна иметь специальные знания, а также уметь идентифицировать себя как личность и как специалиста *. Третья часть книги, «Область взаимодействия», состоит 1 из глав, из которых вы узнаете, как побудить клиента к творчеству и как затем поступить с продуктом его творчества, созданным и участвующим в процессе терапии; этот процесс включает в себя подготовку к сеансу, вызов и фасилитацию экспрессии, а также необходимость смотреть и учиться у искусства. Кроме «основ» арт-терапии, о которых рассказывается в первых трех разделах, мы включили в эту книгу некоторые дополнения, касающиеся прежде всего тех арт-терапевтов, которые руководят другими в оказании ими прямых услуг клиентам. Четвертый раздел книги, «Дополнительная работа», состоит из глав, дающих представление о том, как преподавать, руководить, консультировать, проводить научно-исследовательскую работу и заниматься теорией в арт-терапии. Несмотря на то что все аспекты арт-терапии, которые рассматривают1 Так как подавляющее большинство арт-терапевтов женщины, я, говоря об * арт-терапевтах, употребляю по отношению к ним местоимение женского рода. Я прошу прощения у тех мужчин, которые используют искусство в терапии, и надеюсь, что это не вызовет абсурдного «мужского протеста», а, наоборот, мужчины — арт-терапевты еще сильнее будут сопереживать людям, которые порой чувствую д тем как начать работу с одним из них. Глава 1 Знакомство с художественными материалами О б искусстве не может быть и речи без художественных материалов и инструментов. Пока существуют психические образы — а все люди мыслят образами, — их необходимо конкретизировать, чтобы они сделались искусством. В изобразительном искусстве это достигается с помощью художественных материалов. Арт-терапевты отдают предпочтение простым материалам, а не сложным, по нескольким причинам. Во-первых, чем менее структурирован материал, тем больше клиент может создать с его помощью. Поскольку цель каждого арт-терапевта — вызвать у клиента личностно значимые произведения, бессмысленно что-то навязывать природному воображению клиента. Бездумное рисоне является вание красками или заполнение глиной формы еще актом творчества, хотя при этом и используются художественные материалы. Жестко навязанные задачи подразумевают простое следование указаниям; эта похвальная способность не связана, однако, с сутью или целями арт-терапии. Даже создание кухонной рукавицы-прихватки или керамической плитки-подставки строго ограничивает воображение клиента, несмотря на лично им выбранную цветовую гамму и самостоятельное расположение компонентов. Неважно, что возможности любого художественного материала чем-то ограничены, — с каждым из них можно добиться высочайшей степени самовыражения разных людей. Во-вторых, арт-терапевты предпочитают простые средства по практическим причинам. Как правило, сеанс арт-терапии, особенно в клинических условиях, ограничен во времени. При длительном курсе лечения можно потратить дни, недели или даже месяцы на осуществление замысла; это, однако, невозможно сделать в других условиях, например, на короткой оценочной сессии или при работе с группой, участники которой все время меняются. В пользу художественных материалов хочу заметить, что с их помощью можно создавать приличные произведения искусства в течение одного сеанса арт-терапии. Благодаря этому и произведение, и процесс его создания можно рассматривать в единых временных рамках, пока еще не остыл творческий порыв. Девочк риалами требует внимания и аккуратности Глава 2 Знакомство с творческим процессом Х удожественные материалы и инструменты не могут стать искусством без творческого процесса. Банка краски и кисть не будут рисунком до тех пор, пока человек не возьмет кисть и не нанесет краску на поверхность. Хотя процесс работы с разными материалами тесно связан с физическими характеристиками каждого из них, здесь возможны варианты, и арт-терапевту необходимо знать это, чтобы суметь помочь клиенту получить наиболее полное переживание в процессе работы с любым материалом, который она ему предложит. Здесь трудность задачи для терапевта состоит в том, чтобы понять, когда нужно направлять клиента, а когда предоставить его самому себе. Некоторые общие понятия о творческом процессе, изложенные в этой главе, помогут арт-терапевту принять необходимое решение. Я считаю, что независимо от возраста клиента самый естественный и органичный способ начать работать с художественным материалом — это поэкспериментировать с ним. Первым шагом к знакомству с новым материалом является его испытание — очень похоже на то, как ребенок познает новую игрушку. Такой подход противоречит привычному способу знакомства с новыми предметами, т.е. через процесс обучения — как правильно использовать тот или иной материал или инструмент. Я убеждена в том, что и сама арт-терапия как метод лечения является процессом исследования — процессом, в котором клиент открывает и постигает собственные мысли и чувства; процессом, который в конце концов помогает ему испытывать больше ответственности за свою жизнь. То, что арт-терапевт предлагает клиенту экспериментировать и делать открытия не только через вербальное общение, но и с помощью художественных материалов, является одной из положительных сторон этого метода лечения. Хочется надеяться, что все арт-терапевты будут предлагать клиентам свободное экспериментирование с материалами, которые они видят впервые. Для того чтобы это стало возможным, терапевт должна привыкнуть к тому, что продукт творчества может остаться незавершенным, что какие-то технические стороны его исполнения могут Джудит А.Рубин 26 быть далеко не идеальными, и что клиент, наконец, может находиться в некотором смущении и испытывать некоторую неопределенность из-за отсутствия четко сформулированной творческой задачи. Более того, подавляющее большинство клиентов принимает решение создать «нечто» именно на этапе экспериментирования с художественными материалами, потому что ощущают необходимость организовать свои переживания понятным для них способом. Кто-то может возразить, что предложение терапевта «испытать» средство, особенно если испытание включает в себя игровой компонент, противоречит самой природе искусства, цель которого — создание законченного произведения. Однако литература, посвященная творческому процессу, написанная художниками или психологами, убеждает нас в обратном: подобный метод игрового экспериментирования является важной составной частью любой по-настоящему творческой работы. Исследование художественных материалов с элементами игры является необходимым условием для того, чтобы проникнуть в бессознательное мышление клиента; это важно для терапевтов, специализирующихся на психодинамике — например, в применении психоаналитического метода свободных ассоциаций. Как и свободная вербальная ассоциация, экспериментирование с материалами — задача не из легких: оно выявляет защитные и компенсационные механизмы как реакцию на неопределенность и замешательство. Некоторые методики арт-терапии были специально разработаны как попытка помочь клиенту избежать такого сопротивления, чтобы быстрее войти в контакт с менее сознательными видами образности. Сюда можно отнести лепку с завязанными глазами или рисование каракулей в качестве проективного стимула для картины. Я часто на занятиях после рисования каракулей спрашиваю группу: придумали бы ее участники тот же самый образ, если бы им дали чистый лист бумаги и попросили нарисовать все, что они захотят? Ответ почти всегда единодушно отрицательный. Когда я их спрашиваю, что они могли бы нарисовать на произвольную тему, большинство думает или об абстрактном рисунке, или о хорошо отработанных схемах, часто стереотипных и обезличенных. Возможность «найти» образ в каракулях является благоприятным предлогом для большинства клиентов в меньшей мере отвечать (а следовательно, испытывать меньше стыда) за то, что у них возникает на бумаге. Существует много подобных способов помочь клиентам более спокойно и непринужденно заниматься творчеством. Возможности клиентов при этом ограничены лишь воображением арт-терапевта. Я считаю, что воображение арт-терап значает полное внутреннее освобождение. Глава 3 Знакомство с творческим продуктом П ознакомиться с творческим продуктом совсем нетрудно, считают некоторые. Вы просто изучаете значения разных компонентов произведения и затем преобразовываете послания, заложенные в искусстве токлиента, убежденно заявляя: «Это (форма, цвет или тема) означает то». Конечно, в продукт творчества, в его внешние свойства и содержание заложен смысл, но его нельзя найти в точных формулах или простых рецептах. Такое обобщение, популярное сейчас, полезно как показатель возможного, иногда вероятного; но никогда — как показатель чего-то достоверного. Человек, в конце концов, сложное создание, так же сложно его экспрессивное поведение и творческие продукты, которые он создает. арт-терапии, однако, главный акцент делается на видимые результаты, конкретный итог любого творческого процесса. Я не разделяю мнение некоторых специалистов, что возможна «арт-терапия» без художественных материалов (где клиент — материал, а терапевт — художник); я чувствую, что чрезмерное внимание к творческому продукту может отвлекать от клиента и от процесса творчества, во время которого он создает этот продукт. Временами эта озабоченность продуктом может не только породить белые пятна для наблюдателя, но и привести к нетерапевтическому вмешательству в творчество клиента, например, к работе над произведением клиента с целью его «исправления», и обесценить таким образом клиента как личность. Несмотря на тенденцию арт-терапевтов иногда преувеличивать значение творческого продукта, качественная работа терапевта состоит в умении научиться читать язык искусства, выраженный в произведении. В самом деле, без тренировки зрения арт-терапевт вовсе не заслуживает того, чтобы называться специалистом. Тренированное зрение необходимо, чтобы видеть развитие клиента, его отклонение от нормы и динамику, чтобы использовать оба компонента языка искусства — форму и содержание, а также взаимодействие между ними. Ощущение собственного «я» помогает создавать наиболее самобытные творч , на каком этапе развития он находится. Глава 4 Знакомство с развитием З накомство с нормальным развитием человека жизненно важно в арт-терапевтической практике. Казалось бы, наиболее важным аспектом роста для арт-терапевта является то, что происходит в течение длительного курса лечения, когда клиент использует художественные материалы; однако этого недостаточно. Хорошее знание развития в процессе рисования и лепки необходимо, чтобы распознать отклонения от нормы; однако выражение в искусстве нельзя произвольно отделить от целостности роста человека. Арт-терапевт, работая с искусством и посредством искусства, в высшей степени ответственна за понимание и помощь, которые она адресует человеку, ставшему ее клиентом как целостная, неделимая личность. Можно утверждать, что доскональное знание нормального развития жизненно важно, только если арт-терапевт работает преимущественно с детьми, и кому-то внешне это утверждение покажется довольно справедливым; однако многие терапевты считают, что нельзя в полной мере понять взрослого человека, не зная, какие проблемы испытывали его предки. Хотя и существуют теории личности и даже направления психотерапии, которые уделяют мало внимания генетическому происхождению поведения человека или вовсе не берут его в расчет, я убеждена в том, что решать эту задачу только здесь и сейчас — точно так же, как работать исключительно с искусством — это и слишком узко и ограниченно, и крайне несправедливо по отношению к клиенту. Сколько бы лет ни было клиенту, понять его вполне и помочь ему можно, только проследив его развитие на протяжении всей его жизни, а также жизни его предков (т.е. родителей, бабушек и дедушек, всей семьи и т.д.). Старое деление на природу и воспитание человека постепенно вытеснилось более сложным пониманием множественной причинности его поведения. Можно понимать ее узко, как очередность рождения детей в семье, или широко, как социально-экономический или культурный контекст, — развитие каждого человека отражает динамическое взаимодействие между генетически обусловленным материалом и влиянием на него окружающей среды. И та и другая информация значима, когда Джудит А.Рубин 48 терапевт рассматривает клиента с исторической, эволюционной точки зрения, без учета его возраста в момент обращения за помощью. Однако выяснение генеалогических особенностей развития клиента будет так же мало полезно, как и просьба к клиенту нарисовать рисунок и затем рассматривать нарисованное, если арт-терапевт не знает, как его верно истолковать. Чтобы классифицировать, категоризировать и вообще ясно понять биографическую информацию о клиенте, необходимо иметь свою концептуальную основу, т.е. ясное представление о нормальном и ненормальном развитии. Рискуя чрезмерно упростить сказанное, я должна предположить, что для практики арт-терапии есть более важные аспекты развития личности. Мало ознакомиться с нормальным развитием художника; арт-терапевту необходимо познакомиться в первую очередь с его социальным и эмоциональным развитием, и во вторую — с теми особыми когнитивными функциями, которые участвуют в создании художественных произведений и их восприятии. Иными словами, наряду с с тем, что арт-терапевту полезно знать об особенностях всех возрастных периодов человека, о том, как один возраст сменяется другим, и как человек овладевает задачами, которые ставит перед ним тот или иной этап развития, — арт-терапевту особенно важно не только иметь представление о том, что обычно происходит в сфере сенсорной и перцептивной деятельности человеческого организма, но и реально тестировать клиентов и обобщать результаты тестов. Это решающий фактор в работе с людьми с ограниченными возможностями всех возрастов, которым часто требуется либо некоторая подготовка перед тем, как начать работать с художественными материалами, либо коррекционная деятельность сенсорно-перцептивного характера, чтобы они могли творчески использовать художественные материалы. Арт-терапевту полезно знать обо всех аспектах нормального моторного развития, но решающее значение имеет подробное изучение специфики действий, вовлекающих мелкую моторику, без которых невозможна физическая работа с художественными материалами. Однако физическое развитие нельзя по-настоящему осмыслить в отрыве от психологического (даже в большей мере, чем когнитивное развитие — в отрыве от эмоционального). В самом деле, растущая совокупность доказательств о глубокой взаимосвязи между телом и психикой, кажется, подтверждает множество динамических гипотез о возможном психогенном источнике таких «физических» недомоганий, как астма, аллергия; и часто считается, что многие проблемы, связанные с научением, имеют органическую основу (ср. Александер [Alеxander], 1965). Даже когда не остается сомнений в а на сеансе индивидуальной арт-терапии. Глава 5 Знакомство с динамикой и отклонениями З накомство с динамикой — это знакомство с тем, почему люди поступают так, а не иначе, т.е. понимание психологической причинности поведения в широком смысле и понимание симптомов (отклонений) — в узком. Как и в случае с представлениями о развитии, арт-терапевту важно не только иметь представление обо всех основных теориях личности и психопатологии, которые сейчас существуют, но и глубоко и досконально знать по крайней мере одну из них. Несмотря на огромные успехи последних лет в понимании нейробиологического субстрата, благодаря которому произошла революция в области лечения серьезных психических нарушений, специалистам все еще далеко до того, чтобы измерить в этой сложной области все влияния и все последствия (ср. Вендер и Кляйн [Wender & Klein], 1981). Существующие теории являются небесполезными гипотезами о том, почему люди поступают и мыслят так, а не иначе; эти гипотезы важно знать, чтобы не только было о чем поговорить с коллегами, но и чтобы направить собственные усилия на понимание и поддержку клиентов с помощью изобразительного искусства. теоретические подходы в значительной степени отличаются друг от друга, в них также есть много общего. Действительно, они редко исключают друг друга, а часто и дополняют. Эти теоретические подходы можно представить себе в виде слепцов, исследующих слона, когда каждый из них уделяет основное внимание одному из аспектов человеческой психологии больше, чем другому. Их можно представить себе и в виде суждений, которые отличаются одно от другого, поскольку они рассматривают предмет с разных углов; или их можно представить себе в виде пятен на предметном стекле микроскопа, которые помогают рассмотреть изучаемый феномен с разных сторон. Для арт-терапевта это серьезное испытание — попытаться объединить эти раздробленно воспринимаемые истины с точки зрения самой арт-терапии, а также с точки зрения творческого процесса, являющегося ее основой. Девочка, амбулаторный пациент центра психологической помощи детям, лепит из специального тес аписывает рассказ девочки о ее коллаже. Глава 6 Знакомство с терапией Концептуальная основа В арт-терапии и в других видах терапии часто упускается из виду один из ее аспектов — концептуальная основа, т.е. создаваемые терапевтом физические и психологические условия, в которых терапия становится возможной. Только в рамках определенной четко разграниченной и осмысленной системы клиенты всех возрастов способны полностью и свободно дать выход тому, что они обычно сдерживают — вербально или через творчество. Чувство безопасности и непрерывности является важным условием, при котором клиент может раскрыть перед терапевтом сокровенные стороны своего «я». Безопасная и не таящая неожиданностей обстановка также необходима для того, чтобы клиент мог свободно творить с помощью художественных материалов. Об условиях для творчества мы уже рассказали во второй главе, посвященной творческому процессу. Арт-терапевт должна создать в кабинете такую обстановку, которая бы минимально отвлекала внимание клиентов и максимально способствовала их творчеству: освещение должно быть хорошим, рабочее место и рабочие поверхности — удобными, художественные материалы для рисования карандашом и красками, для лепки и конструирования должны находиться в идеальном порядке, чтобы ими хотелось работать. Их количество и ассортимент не должны меняться, чтобы у клиентов не только возникло чувство безопасности, но чтобы они могли работать самостоятельно. Что касается помещения, желательно сделать так, что- бы клиенты могли находиться и близко друг от друга, и в то же время — на расстоянии; открытое пространство не должно мешать клиентам работать уединенно; клиенты должны сами выбирать, как им работать — близко от других людей или на расстоянии от них. И хотя терапевт может, в некоторых ситуациях (например, при краткой оценке клиента), организовать помещение таким образом, чтобы иметь больше возможности наблюдать за клиентами во время их работы, лучше все же позволить клиентам самим делать свободный выбор — находиться близко или далеко от других людей, особенно в самом начале процесса лечения. Джудит А.Рубин 66 Такой же должна быть обстановка в кабинете и тогда, когда арт-терапевт работает с семьей или группой: хорошее освещение, достаточно пространства для работы, разнообразие художественных материалов и их четкая организация; количество и ассортимент материалов должны быть неизменными от сеанса к сеансу. Иногда специалисту может понадобиться, в диагностических или терапевтических целях, организовать обстановку в своем кабинете таким образом, чтобы клиенты больше взаимодействовали друг с другом (например, расположить их за круглым столом или ограничить количество материалов, чтобы ими приходилось делиться). Однако не обязательно давать официальную команду работать сообща, если не требуется выполнять совместную работу. Вообще я считаю, что терапевт может действовать по обстоятельствам в рамках концептуальной основы, когда семья или группа проходят продолжительный курс арт-терапии. Это означает, что я предоставляю клиентам выбирать не только рабочее место, но и художественные материалы, и тему произведения, чтобы они сами решали, на каком расстоянии от других клиентов они будут работать, и чтобы они сами решали, будут ли они общаться (и до какой степени) с другими клиентами и терапевтом. Я предпочитаю свободный подход в арт-терапии, потому что он напоминает мне психоанализ, который так близок. Одна из методик психоанализа заключается в том, что клиентам предоставляется максимальная свобода (вербализации), и они высказывают все, что необходимо, чтобы можно было понять причину их беспокойств и конфликтов. Несмотря на то что условия, в которых проводится арт-терапия, совершенно отличаются от условий, в которых проводится психоанализ для взрослых клиентов, когда клиент лежит на кушетке и ограничен лишь вербализацией, в ней также изначально считается, что свободная экспрессия (ассоциация) помогает преодолеть подавление (которое и является причиной проблемы). Такая свободная установка применяется в детском психоанализе, когда подростку предлагают выбрать, что он хочет — поиграть, порисовать или поговорить. Концептуальная основа в арт-терапии не такая точная или неизменная, как в психоанализе, но арт-терапевту необходимо ее четко осознавать и так преподать ее клиенту, чтобы он почувствовал себя в полной безопасности. В психологической медицине этого добиться труднее, чем в соматической, потому что давление на клиента, от которого необходимо получить ряд реакций, неизбежно оказывается сильным, без скидок на его возраст. Поэтому важно, чтобы арт-терапевт четко знала пределы собственных возможносте еменно создавая произведение искусства. Глава 7 Знакомство с арт-терапией Что необходимо знать Как мы уже говорили, быть художником и приятным человеком еще недостаточно для того, чтобы стать хорошим арт-терапевтом. Арттерапевт должна знать конкретные вещи, должна верить в других людей быть и должна человеком определенного склада, чтобы наиболее полно использовать изобразительное искусство в лечебных целях. Только при артистизма, наличии этих трех условий можно достичь работая арт-терапевтом. Перед тем как заниматься арт-терапией с клиентом (или клиентами), надо многое узнать об изобразительном искусстве. Наиболее важно глубоко понимать изобразительное искусство и знать все о художественных материалах, о творческом процессе и о продуктах творчества — знать совершенно досконально, как это показано в первых трех терапии, главах нашей книги. Что касается то здесь необходимо иметь хорошие знания о развитии (нормальном и аномальном), о психодинамике (одного человека и группы людей) и о терапевтических процессах (концептуальной основе, взаимоотношениях терапевта с клиентом и стадиях процесса терапии). Чтобы синтезировать знания об искусстве и о терапии, полезно выяснить, что же должна представлять собой арт-терапевт — это так же важно для работы с клиентами, как и для взаимного обмена с коллегами. Арт-терапия — дисциплина смешанная, внешне она удивительно похожа на многие смежные области — от профессионального образования в области изобразительного искусства и от игровой терапии до трудовой, досуговой терапии и реабилитации по социальной адаптации. Стороннему наблюдателю все эти виды терапии могут показаться одинаковыми, так как во всех используются художественные материалы. Даже манера поведения профессионала одинакова — неважно, помогает ли она правильно пользоваться художественными материалами или задает вопросы о процессе творчества или о конечном продукте. Тем не менее, арт-терапия отличается от всех перечисленных выше видов терапии, несмотря на некоторые точки соприкосновения с каждой из них. Если терапия изобразительным искусством и другие виды терапии действием (досуговая терапия, реабилитация по социальной адаптации Джудит А.Рубин 84 и трудотерапия) похожи между собой довольно поверхностно, то арт-терапия и другие виды терапии творчеством (музыкотерапия, терапия движением, драматерапия, терапия поэзией и фототерапия) имеют более глубокое сходство. Хотя каждой из них присущ свой главный метод, отличающий ее от других видов терапии, однако там, где есть свобода экспрессии, специалист особенно часто спонтанно пробует разные методы и подходы. Дети часто сочиняют пьесы, когда рисуют или лепят; взрослые и подростки иногда сочиняют стихи о своих картинах. Такие стихийные изменения подтолкнули меня к мультиметодному подходу, который особенно применим не только к очень юным клиентам, но и к подросткам, взрослым, а также к семьям и группам клиентов. Я не могу назвать это «экспрессивной терапией». Когда это возможно, я работаю с другими терапевтами, специалистами, применяющими иные методики, так как мои собственные умения в творческих областях сильно ограничены рамками изобразительного искусства; однако я довольно спокойно разрешаю и даже поощряю переход к иным методам в процессе работы. Я исключительно арт-терапевт, а не терапевт в области экспрессивных искусств или специалист в области игровой терапии или в области реабилитации по социальной адаптации, так как основой моей работы всегда является творческий процесс. Конечно, проблема идентичности в такой синергетической дисциплине, как арт-терапия, всегда имела значение. Важно не только соотнести два компонента (искусство и терапию) так, чтобы это имело какой-то смысл, но и обозначить отличие арт-терапии, как это показано выше, от ее дальних родственников — терапий действием — и от близко родственных ей творческих разновидностей искусства. Иногда бывает даже необходимо объяснить коллеге или клиенту, чем отличается метод арт-терапии от использования изобразительного искусства в других видах психотерапии (например, некоторые психологи в диагностических целях просят клиента нарисовать что-нибудь, а психиатры используют для диагностики рисунки красками). Можно ли назвать арт-терапевтами психолога, психиатра, социального работника или консультанта, широко применяющих искусство в своей работе? Это трудный вопрос, так как каждый терапевт, который широко использует искусство в своей практике, сам немного художник, как, например, гештальт-терапевт Джозеф Зинкер (Joseph Zinker), психиатр Марди Горовиц (Mardi Horowitz) или психоаналитик Марион Милнер (Marion Milner). Тем не менее, если основной сферой деятельности терапевта не является изобразительное искусство — даже когда оно искренне влечет его, и даже если он применяет его в клинических условиях, арт-терапии в психиатрической больнице. Глава 8 Подготовка сеанса Первым шагом к успешному знакомству клиентов с арт-терапией является подготовительная работа. Перед тем как арт-терапии состояться, должна быть проведена предварительная работа: необходимо так заинтересовать административных работников учреждения, чтобы они проявили желание поддержать работу арт-терапевта. Когда арт-терапевт работает в лечебном или образовательном учреждении, она должна видеть его как целостную систему — как в терапии семьи или группы. Для того чтобы войти в эту систему и использовать ее энергию для разработки программы арт-терапии, нужно нечто большее, чем тактичность и знания о предмете. Как и при работе с семьями, арт-терапевту необходим более проницательный взгляд на персонал учреждения и программу арт-терапии в нем в более широком контексте, подразумевающем умение анализировать систему. Когда определена шкала ценностей организации и ее властная структура, можно приступать к разработке программы арт-терапии. Как и оценку клиентов и семей, осмысление такой социальной системы, как больница или школа, полезно проводить с исторической (эволюционной) и динамической точки зрения. Я недавно ушла из клиники, где работала с амбулаторными клиентами, и поступила на работу в больницу на должность администратора и руководителя отделения терапии. Здесь я поняла, как много различий между этими двумя лечебными учреждениями. Стратегия, применяемая для развития программы в Центре психологической помощи детям, необязательно окажется оптимальной в психиатрической больнице. Однако для работы в обеих организациях чрезвычайно важно понимать их развитие, динамику, властную структуру и шкалу ценностей. Конечно, войти туда через дверь еще не означает работать с пациентами ; однако то, как арт-терапевт решает с администрацией проблемы помещения, времени, запасов художественных материалов, и как она строит свои взаимоотношения с персоналом этого учреждения, поможет ей понять, чего ей следует ожидать при первом знакомстве лицом к лицу. То, что в терапии имеет важное практическое значение, имеет такое же значение и для изменений, происходящих в учреждении. Для любой значительной трансформации требуется время, и еще больше времени Хорошо подготовленный сеанс арт-терапии позволяет глубоко ь присутствие других участников сеанса. Глава 9 Вызов экспрессии В ызов экспрессии, или ее стимуляция, состоит в выполнении клиентом или группой творческой работы, тема которой может быть свободной или заданной. Самым трудным вопросом для многих арт-терачто делать, певтов является, очевидно, вопрос о том, какую возможность, стимул или задачу необходимо предложить клиенту (или клиентам) на данном конкретном сеансе. С моей точки зрения, наиболее предпочтительно, чтобы клиенты выполняли работу в пределах заданного времени и пространства для достижения долгосрочной или краткосрочной цели — той, которую посчитает необходимой в данный момент арт-терапевт. Здесь важно руководствоваться принципом экономии и удобства — наиболее простым и наименее дорогостоящим (с точки зрения времени и усилий) для достижения желаемой цели. Не следует использовать больше материалов или делать задание более трудным или угрожающим, чем необходимо. Методы арт-терапии принято классифицировать в соответствии с используемыми материалами, характером задания или некоторыми другими описательными концепциями. Такие подходы не несут вреда и зачастую даже полезны, как, например, в концептуализации «континуума экспрессивной терапии» (Кагин и Люсбринк [Kagin & Lusebrink], 1978), или в работах некоторых клиницистов (Феррер [Furrer], 1982; Параскевас [Paraskevas], 1979; Роббинс и Сибли [Robbins & Sibbley], 1976). Однако я считаю, что наиболее целесообразно принимать во внимание поэтапность принятия решений относительно того, что делать на сеансах арт-терапии, и о переменных факторах, которые необходимо учитывать, принимая окончательное решение. Наряду с некоторыми ограничениями, диктуемыми реальностью (нехватка времени, помещения или мебели), влияющими на подготовку обстановки в кабинете арт-терапии, и ограниченным количеством и ассортиментом художественных материалов, существуют концептуальные границы и методологические основы, которые составляют конкретные условия для принятия решения о том, чем заниматься на сеансе. Здесь важнейшим вопросом, требуюцель по возможности ясного ответа, является конкретного сеанса арт-терапии. Когда ясна цель, можно уладить все остальное и провести Разминка: большой кусок глины передается по кругу, и над ним по очереди работают участни анием с помощью кусочков дерева и клея. Глава 10 Фасилитация экспрессии Ф асилитация экспрессии происходит c момента, когда клиент начал творческую работу, и продолжается до ее выполнения. Начав творческий процесс, клиент на всем его протяжении, до тех пор, пока не решит остановиться, работает более или менее независимо. Людям, которые могут самостоятельно творить, необходимо быть независимыми; у них должно быть свое рабочее пространство и время, которые уважают другие, и в которые никто не вторгается. Здесь надо отметить, что арт-терапевты, видимо, не считают, что выполняют свою работу, если во время сеанса они просто сидят и молча наблюдают за клиентами. Однако как только наблюдение станет для терапевта более естественным, она многое узнает, следя за выражением лица клиента, за языком его тела и за последовательностью, в которой создаются произведения. У нас нет возможности подробно изложить здесь все, за чем необходимо наблюдать в течение сеанса арт-терапии, однако можно выделить некоторые типичные моменты, касающиеся первого знакомства клиента с художественными материалами — индивидуально или в группе. Особенно интересно наблюдать за тем, как клиент выбирает художественный материал, и каковы его самые первые действия. Медлит ли он и осторожничает или сразу погружается в работу? И если он сразу начинает работать — делает ли он это импульсивно, или сначала обдумывает каждый шаг? Тщательно ли он выбирает материалы, или делает это совершенно произвольно? Намеревается ли он создать какое-то произведение, или ему интереснее экспериментировать с художественными материалами? Насколько его увлекает это занятие, и меняется ли с течением времени его поведение? Насколько сильно клиент поглощен процессом работы? Обращает ли он внимание на окружающую его обстановку и на других людей, или занят только своими мыслями? Как сильно он сосредоточивается на работе, и сколько времени это длится? Можно ли отвлечь этого клиента от работы, и если да, то когда и как? Занимается ли он творческой работой, чтобы его похвалил терапевт, чтобы участвовать в общении, или, может быть, творчество является его самоцелью? Пока клиент увлечен процессом созидания, важно наблюдать, как он работает — ровно или, может быть, тратит много энергии на действия Арт-терапевт учит пожилого клиента смешива искусства, так и взаимодействия людей. Глава 11 Смотреть и учиться у искусства В терапии изобразительным искусством одинаково важно и создание произведения, и размышление над ним клиента, независимо от его возраста. Использование искусства в целях терапии имеет такую особенность, что здесь почти всегда присутствует размышление над переживанием творческого процесса. В зависимости от возраста клиента и от условий работы размышление может длиться недолго или продолжительное время; оно является важным компонентом творческого процесса. Оно имеет большее значение для тех, кто считает искусство прежде всего средством коммуникации, и меньшее для тех, кто ценит в первую очередь возможность сублимации посредством искусства. Но даже те, которые ратуют за подход «искусство как терапия», интересуются, что клиент скажет о своем переживании творчества и о созданном им произведении. Интервью с клиентами о творческом процессе или о произведении искусства является самым трудным аспектом для врача — новичка в арт-терапии. Поскольку в подавляющем большинстве арт-терапевтов в немалой степени присутствует художник, кажется, что этапы подготовки сеанса, вызова и фасилитации экспрессии проходят более естественно, чем этап размышления над произведением и обсуждения с клиентом того, что же только что произошло. Размышление вслух о продукте творчества или о процессе его создания является новым переживанием не только для клиентов, но и для новичков — арт-терапевтов, проходящих профессиональную подготовку; оно требует овладения новыми навыками и способностью быстро реагировать. Поскольку защита обладает довольно мощным действием (даже несмотря на то, что ее можно отчасти игнорировать в искусстве), большинство клиентов очень затрудняют арт-терапевту задачу добиться от них действительно значимых пояснений к своим произведениям. В этом аспекте своей работы арт-терапевт так же всегда должна учитывать физическую или психическую неполноценность клиента и уровень его (или ее) возможностей. Таким разным людям особенно сложно найти верный «язык», на котором они могли бы говорить об искусстве или о переживании творческого процесса. Поэтому творческое интервью с клиентом (как и многое Искусство арт-терапии 141 другое в арт-терапии) является непрекращающимся процессом проб и ошибок, во время которого врач должна подготовиться к тому, что результат часто равняется нулю, а ответы клиента просто разочаровывают. Поистине сложная задача в этой ситуации — сохранить энтузиазм и оптимизм и продолжать усиленно искать единственно верный способ помочь каждому клиенту значимо размышлять над своим переживанием творчества. Арт-терапевт должна пытаться применять не только всевозможные вербальные средства для достижения результата, но и экспрессивные тоже. Если ни один подход не дал результата, можно, например, сделать инсценировку с участием произведения клиента или разыграть спектакль, посвященный произведению искусства, чтобы как-то подтолкнуть клиента к общению. Несколько лет назад я записала на видеопленку диагностическое интервью с девочкой десяти лет — это интервью я проводила с целью оценки ее творческих способностей. Во время беседы я уже почти делала вербальные кульбиты, чтобы добиться хоть каких-то значимых результатов от сильно сопротивляющегося ребенка. Признаюсь, что я всегда показываю эту пленку с легким замешательством и оправдываюсь перед аудиторией тем, что на меня оказывали сильное давление, потому что это было показательное интервью, и на нем присутствовало много наблюдателей. Но действительно, в процессе работы с каждым участником такого разговора — ребенком или взрослым человеком — арт-терапевту приходится проявлять максимум активности, чтобы добиться значимой реакции. Здесь просто необходим артистизм: например, быстро и легко идущему на контакт клиенту можно задать несколько открытых вопросов; можно разыграть действо или спектакль, если вы сталкиваетесь с сопротивлением клиента. В этом смысле задача арт-терапевта сродни задаче скульптора: скульптор энергично работает долотом с одним материалом и отсекает от него все лишнее, но осторожно шлифует песком другой; он осторожно полирует высеченную долотом скульптуру на следующей стадии работы. Чтобы читатель не подумал, что я сравниваю клиентов в арт-терапии с материалом художника, из которого врач вольна лепить все что угодно или придавать ему желаемую форму, я хочу повторить, что для арт-терапевта каждый человек имеет огромную ценность; не меньшую ценность имеет и его подлинное творческое индивидуальное развитие. Поэтому лучше провести аналогию не со скульптором, а с садовником: арт-терапевт, как и садовник, создает клиенту такие условия — готовит почву, обеспечивает питание и заботу, — что это позволяет ему лучше «расцвести» в своем собственном понимает, что девочка говорит и о себе. Глава 12 Работать артистично В процессе создания этой книги, посвященной искусству арт-терапии, стало очевидно, что арт-терапевт должна работать артистично. Такое качество, как артистизм, может показаться совершенно не характерным для арт-терапии, однако обойтись без него невозможно. Люди добиваются профессионализма во многих областях искусства — в музыке, кулинарии, ремеслах. Но чтобы у вас захватывало дух, когда вы слушаете сонату или едите мусс или любуетесь гобеленом, от художника требуется нечто большее, чем совершенное владение формой искусства, — от него требуется артистизм. Можно возразить, что для выдающегося исполнения в любой области искусства необходимо особое дарование, талант. Есть врачи милостью Божьей — у них уже столько предпосылок для успешной работы терапевтами, что они становятся настоящими профессионалами, видимо не прилагая к этому ни малейших усилий. Однако такие природные качества, как теплота, сочувствие, ум и чувствительность, не имеют большой ценности, если не вполне используются в работе терапевта. Иначе говоря, эти личные качества врача обесцениваются, если у него нет необходимых знаний об искусстве и терапии, представленных здесь лишь в общих чертах. Когда эти знания приобретают законченный вид, и арт-терапевт свободно и естественно применяет их в работе, тогда можно говорить о ее подлинном артистизме. Врач не может себе позволить невнимание или небрежность. В арт-терапии неуклюжесть не имеет оправдания; наверное, исключением является лишь недостаток опыта. Удивительно, однако, что даже проведенная грубо или неловко арт-терапия является тем не менее эффективным способом диагностики и лечения. Это становится особенно очевидно, когда студенты начинают стажироваться под руководством опытных арт-терапевтов. Можно только догадываться, какие широкие возможности таит в себе арт-терапия, когда такой мощный инструмент — изобразительное искусство — оказывается в руках лучших и опытнейших профессионалов. Для меня как для художника, ставшего терапевтом, даже более важным является огромное удовольствие, которое я получаю от творческо- Безмолвная совместная работа дает клиентам возможность непосредственно и художественно пер ывают свои произведения и обсуждают их. Глава 13 Знакомство с работой преподавателя Е сли говорить о принципах качественной педагогики по отношению к преподаванию любой научной дисциплины, то можно смело утверждать, что многие арт-терапевты преподают свой предмет, не имея достаточной подготовки или не имея ее вовсе. Большинство арт-терапевтов никогда не изучали этот предмет как научную дисциплину, по- тому что они в свое время еще не имели возможности получить классическое образование в этой области. И хотя так случилось, что автор окончила педагогический факультет и затем преподавала дисциплину «изобразительное искусство» детям, а «образование в области изобразительного искусства» — студентам колледжа, многие арт-терапевты, занимающиеся преподаванием в настоящее время, не имели возможности получить классическое образование в области педагогики или приобрести какой-либо значимый опыт работы на базе среднего образования. Это, между прочим, относится и к большинству врачей-преподавателей других видов терапии, которые предлагают курсы или ведут семинары, либо вообще не имея образования, либо не имея опыта преподавания в вузе. И так же как арт-терапевты, почти не знакомые с преподаванием, они часто не способны передать свои знания о предмете, потому что не знакомы с методиками преподавания. В этой книге мы не будем подробно исследовать принципы педагогики или методологию обучения. Как и в других областях деятельности, подобную информацию можно получить отовсюду — из книг, на специальных курсах или под руководством опытных преподавателей. Мы лишь постараемся предостеречь арт-терапевтов, оказавшихся в роли преподавателей арт-терапии, не имея специальной подготовки. По большей части это относится к любой ситуации обучения — и однодневного семинара, и более длительного периода обучения кандидатов на степень магистра. Как в краткосрочной и долгосрочной терапии, цели обучения здесь совершенно разные, а залог эффективности остается тем же. Главной задачей любого преподавателя является четкое осознание того, что он хочет донести до слушателей. Казалось бы, название кур- Искусство арт-терапии 175 са, семинара или лекции говорит само за себя; тем не менее необходимо тщательно выбрать тему для обсуждения среди множества тем, относящихся к арт-терапии. Одним из критериев выбора является понимание того, что наиболее важно знать слушателям о предмете. Однако чтобы принять такое решение, терапевт должна выяснить у аудитории, что им уже известно, каков уровень их знаний о предмете. Можно спросить у студентов, где они уже обучались (это могут быть, например, подготовительные курсы), хотя неизбежна ситуация, даже если у вас на руках хорошо составленный план обучения, когда слушатели находятся на разных уровнях знаний о предлагаемом предмете — одни просто имеют о нем некоторое понятие, другие знают его, а третьим необходимы более глубокие познания для совершенствования в этой области. Следующей задачей, которую необходимо решить арт-терапевту, является задача определения уровня сложности курса, лекции или семинара, с учетом степени подготовленности каждого из студентов. Уровень сложности, задаваемый преподавателем, должен быть средним — не завышенным и не заниженным; и все же затем необходимо каким-то образом удовлетворить потребности и тех слушателей, которые находятся на двух противоположных уровнях подготовки. Руководствуясь собственными представлениями о том, какие предметы являются основными в той или иной области, а также учитывая уровень подготовки студентов, арт-терапевту важно преподавать свой предмет в соответствии с потребностями и интересами учащихся. Необходимо учитывать, что предмет изучения довольно широк, поэтому важнейшим критерием отбора тем для обсуждения является степень заинтересованности студентов в тех или иных вопросах. На практике это означает, что часть времени в начале курса обучения — краткосрочного или долгосрочного — должна быть посвящена выяснению у аудитории того, что вызывает ее наибольший интерес. Это походит на первичное диагностирование клиентов в арт-терапии, поскольку предмет, предлагаемый терапевтом для курса обучения, можно усвоить только в том случае, если он преподается на уровне слушателей и в соответствии с их мотивацией. Кому-то все это может показаться очевидным, однако часто автор этой книги, проводя оценку образовательного уровня и круга интересов будущих студентов, слышала от них, что они не привыкли к таким вопросам. Как и клиенты арт-терапевта, студенты зачастую предпочитают, чтобы им все подробно разъяснили, даже принудительно «разжевали» материал. Студентам гораздо легче получать заранее подобранную для них академическую «диету», и ом, слушать его и записывать его слова. Глава 14 Знакомство с работой руководителя А рт-терапевты, под руководством которых работают другие арт-терапевты, сами практически не учились руководить работой других врачей этой области (как и большинство преподавателей в арт-терапии). Существует специальная литература, в которой можно найти блестящие работы. В них сделана попытка осмыслить проблемы и процесс развития работы руководителя в клинике, и становится понятно, что руководство чьей-то клинической работой совершенно отличается от административного заведования. К сожалению, арт-терапевт часто вынуждена выполнять обе задачи, несмотря на то что ей гораздо легче делать одну из них, избегая трудностей, связанных с другой. Поскольку эти две роли арт-терапевта чаще объединяются, а не разделяются, важно иметь четкое представление о каждой из них, поскольку круг обязанностей администратора-заведующего очерчен довольно четко, а работа руководителя состоит из множества дилемм и альтернатив. Несмотря на то что ответы на административные вопросы могут быть более ясными, роль руководителя будущих арт-терапевтов так же последовательна в своем роде. Важно всегда ясно представлять себе, что основной работой руководителя является развитие профессионализма подчиненного ему практиканта. Как и в случае с клиентами, за которых легче что-то сделать самой или подсказать им, чем пытаться помочь им самим найти ответ, так же зачастую легче ответить стажеру или даже выполнить вместо него трудное задание, чем помочь ему сделать это самому. Но как и в работе с клиентом, где задачей арт-терапевта является его развитие, именно рост другого человека является и задачей руководителя; и если врач должна способствовать этому росту, она просто обязана помогать практиканту думать и поступать самостоятельно. Несмотря на то что арт-терапевт помогает стажеру обрести самостоятельность, поскольку не требует от него полной зависимости, справедливо и то, что руководители испытывают удовольствие от своего всемогущества, всеведения или необходимости для практиканта, так же как арт-терапевты испытывают удовольствие, работая с нуждающимся в их помощи, беззащитными клиентами. Джудит А.Рубин 186 Во всех нас есть эта детская грандиозность, и мы, видимо, выбираем себе профессию, связанную с оказанием помощи другим, отчасти для того, чтобы стать героем-освободителем слабых и беспомощных. Это хорошее чувство, когда другие испытывают в тебе потребность — практиканты или клиенты, — но необходимо удерживаться от использования своего положения руководителя в целях получения такого рода вознаграждения за счет стажера. С другой стороны, руководитель отвечает за действия практиканта не так, как он отвечает за действия клиента — по крайней мере, не юридически. Это значит, что несмотря на то что необходимо содействовать развитию самостоятельности стажера, следует позаботиться и о том, чтобы практикант не воспользовался преимуществом своего положения и не предпринимал бы каких-либо шагов без разрешения или без помощи руководителя, за что руководитель мог бы понести ответственность. Есть и такие практиканты, которые предпочитают зависеть от руководителя и которые стремятся к тому, чтобы их «кормили с ложки» и вели за собой; а есть и такие, которые с трудом воспринимают передаваемую им информацию: они приходят пройти практику, но, кажется не только не усваивают то, чему их учат, но и не в состоянии удержать в себе полученную информацию, а спустя время не в состоянии продемонстрировать, что они усвоили материал. Поскольку ясно, что в работе руководителем задействованы не толь- ко интеллектуальные, но и эмоциональные аспекты, знания о развитии, динамике и терапии сослужат добрую службу руководителю практикой. Особенно важны знания руководителя о переносе и о творческом союзе. Хотя, строго говоря, лучше не использовать такие термины для определения отношений руководитель — стажер, есть некоторые аналогии в работе руководителя практикой по отношению к происходящему между терапевтом и клиентом. Это «настоящие» отношения, а должен быть «учебный союз» — неважно, оба ли партнера сознательно работают для достижения цели роста одного из них. Здесь также есть реакции переноса, как и в повседневной жизни, которые являются искаженными реакциями со стороны каждого человека по отношению к другому. Из-за того, что от одного человека зависит оценка другого, и из-за того, что один из них отвечает за работу другого перед персоналом клиники, в этой уникальной ситуации обучения присутствуют неизбежные напряженность и натянутость. Это не терапия, но и не преподавание; может быть, это больше напоминает консультацию с руководителем в колледже, и лучше всего, школы конкретную программу арт-терапии. Глава 15 Знакомство с работой консультанта К онсультирование, так же как и преподавание и руководство, редко является областью, в которой арт-терапевты получают классическое образование. Тем не менее консультирование — это довольно распространенная работа для арт-терапевта. Консультация, однако, не являясь ни терапией, ни преподаванием или руководством, содержит в себе компоненты этих трех сфер деятельности. Существует научная литература, посвященная консультированию вообще, и также существуют более специализированные научные труды по консультированию в области психического здоровья. В них ставится акцент на различии между консультированием по программе лечения и консультированием по истории болезни. Специалистов, работающих в области традиционного психического здоровья, обычно просят проконсультировать группу персонала или некоторых врачей клиники по вопросам, связанным с каким-то особым случаем в практике. Эту консультацию зачастую проводит психиатр-консультант или психолог-консультант. Арт-терапевтов же чаще приглашают в связи с разработкой конкретной программы лечения, хотя иногда их работа также заключается в том, чтобы помочь другим специалистам лучше понять особые случаи заболевания или помочь им вылечить таких больных. Одним из наиболее серьезных объектов внутриклинического консультирования является сама клиника. Арт-терапевт должна не только иметь знания о динамике личности или о моделях взаимодействия в семье, но и получить по возможности полное представление о том, как функционирует любая большая система. Сюда относится прежде всего знание истории лечебного учреждения (а не только современного периода его развития), которое поможет проследить, какую роль сыграли в нем искусство и терапия. Сюда также можно отнести оценку данной системы, что подразумевает понимание современной динамики клиники — это, главным образом, определение источников власти и их функционирования, а также определение ее ценностей через ее функционирова- Джудит А.Рубин 200 ние. Система, открытая перед вами как ценностная структура, может показывать или не показывать скрытые/латентные отношения внутри нее. Читатель может возразить, что эти замечательные идеи автора никак не сообразуются с реальной жизнью, особенно когда клиника приглашает консультанта оказать специфическую услугу, а не просит его оценить или узнать саму клинику в более широком смысле. Действительно, работа консультанта несколько более двусмысленная в этом отношении, чем работа терапевта, преподавателя или руководителя. Однако если учесть, что диагностическое любопытство врача вызывает тревогу или сопротивление со стороны клиента, то становится понятно, почему консультанту необходимо знать о прошлом конкретного лечебного учреждения, и почему она хочет понять более широкую картину. Когда арт-терапевта приглашают в клинику в качестве консультанта, ей довольно сложно получить такую необходимую информацию, которая была бы как можно менее угрожающей для тех, кто просит о помощи, и в то же время имела бы для них очень важное значение. Действительно, если врач-консультант считает, что более широкое понимание клиники как системы позволит ей эффективнее оказать помощь людям, она будет добиваться того, чтобы получить эти знания — вероятно, через наблюдение, чтение отчетов и интервьюирование, что необходимо при анализе системы. Часто клиенты хотят получить от терапии не то, что им больше всего необходимо (о чем они даже не догадываются); так же и лечебные учреждения часто просят арт-терапевта проконсультировать их по каким-то второстепенным проблемам, которые являются лишь вершиной айсберга. Как и в терапии, врач должна начать с того, чтобы определить, на какой стадии развития находится клиника, и через своего рода оценку, описанную выше, постепенно ставить перед собой более широкие и долгосрочные задачи. В начале процесса консультирования необходимо внимательно слушать, чего люди, как им кажется, ждут от консультанта. Арт-терапевт может дать им только это, или же, изучив ситуацию изнутри, она может предложить персоналу нечто другое, не соответствующее их желанию. Необходимо постепенно выстраивать взаимоотношения с людьми и группами, занимающими ключевые позиции в лечебном учреждении, а также постепенно формировать свое представление о работе всей системы. При этом консультант должна вести себя так, будто она устанавливает доверительные отношения с клиентами, студентами или подчиненными. Ей как врачу необходимо, в первую очередь, внимательно слушать и пытаться понять, что чувствует люди, о чем они думают и чего желают — особенно важно понять, чег угими слепыми или слабовидящими детьми. Глава 16 Знакомство с научно- исследовательской работой В опрос, может ли действительно высокопрофессиональный арт-терапевт искренне заинтересоваться исследовательской работой, иногда вызывает у меня особый интерес. Многие виды межличностного удовлетворения, имеющиеся в клинической работе, присутствуют и в непрямых обязанностях арт-терапевта: в ее роли преподавателя, руководителя и консультанта, которые мы уже обсуждали. Но исследовательская работа, даже если она подразумевает работу с людьми, чтобы собрать данные о них, менее вероятно имеет положительные стороны с клинической точки зрения. Она редко настолько же гибкая, как любая другая роль арт-терапевта, из-за необходимости контролировать важные переменные. При научном исследовании творчество разрешается главным образом на стадии разработки и анализа исследования, но едва ли когда-либо на стадии его реализации. Есть немногие арт-терапевты, которые, будучи успешными клиницистами, также находят удовольствие в разработке и проведении научно-исследовательской работы. Одним из факторов мотивации в этой сфере является любознательность, которая до некоторой степени удовлетворяется разгадыванием головоломок, предлагаемых клиентами, а также оказанием помощи клиентам в раскрытии их тайных сторон и умении с ними справляться. Конечно, сублимированный вуайеризм, который использует врач для понимания искусства клиента, может быть побуждающей силой, стоящей за многими видами эмпирических исследований. По крайней мере те немногие арт-терапевты, которые привлечены к исследовательской работе, призваны и мыслить с точки зрения теории, хотя и не всегда. Это своего рода возможность несколько отступить от арт-терапии и попытаться взглянуть на ее проблемы с более широкой и глубокой точки зрения, чем это возможно, когда в поле зрения находятся только ее технические приемы. Эти факторы тесно связаны между собой, а, возможно, Джудит А.Рубин 212 и неотделимы друг от друга. Невозможно представить себе, как следует действовать технически, если не оперировать понятиями некоторых теоретических предпосылок об искусстве и о терапии. Также невозможно представить себе, что можно достичь значительных успехов с технической точки зрения без подтверждения некоторых своих ощущений с помощью верно разработанных эмпирических исследований. Одной из серьезных проблем, препятствующих большему развитию исследовательской работы как в самой арт-терапии, так и посвященной ей, является нехватка людей, которые всесторонне понимали бы обе области. Только когда кто-либо действительно понимает и арт-терапию, и методологию научного исследования, он может разработать необходимую исследовательскую работу. Необходимо обладать некоторой степенью предвидения и четко понимать первоочередность задач. Одним из первых вопросов, предваряющим любое научное исследование, является вопрос его ценности, и если ответ положительный, то в чем именно заключается эта польза? Глупо тратить время, силы и часто деньги на пустяки, когда есть намного более полезные и важные вопросы, на которые необходимо найти ответ. Это не значит, что не следует проводить базовые или зондирующие исследования, которые не требуют немедленного применения. Напротив, базовые научные исследования необходимы для этой области деятельности более чем что-либо еще — это как нанесение на карту множества территорий, на которые мы вторгаемся, не имея надежных путеводителей; это как местность, по которой мы могли бы путешествовать намного успешнее, если бы хорошо ее знали. Например, необходимо подробно исследовать развитие выражения искусства в областях, отличных от рисования, как нерепрезентативными, так и предметно-изобразительными методами. Также необходимо определить нормы для произведений искусства взрослых, чтобы сделать значимые сравнения и выводы из произведений клиента. Целая область психической образности наносится на карту прежде всего когнитивными психологами, с едва ли каким-либо использованием экспрессивных визуальных методик при ее изучении и определении. Проблема, какие части мозга служат посредником мысли в образах, а не только в других системах, также чаще всего исследуется с помощью невизуальных моделей, которые могут подвергать проверке реакцию на визуальные стимулы, но едва ли когда-либо применять продуктивные творческие действия. Можно продолжить перечислять виды дескриптивных исследований, которые необходимо проделывать для того, чтобы наша работа больше основы занялся после безвременной утраты жены. Глава 17 Знакомство с теорией С делав решительный шаг в сторону сотрудничества со специалистами из смежных дисциплин в разработке серьезных научных исследований в арт-терапии, мы выступим теперь за бόльшую независимость в мышлении в области теории. Немаловажно, что многим арт-терапевтам пришлось пройти курс повышения квалификации по некоторым другим дисциплинам, главным образом потому, что у них не было возможности пройти курс повышения квалификации по арт-терапии. Это довольно неприятный факт, несмотря на то что всегда полезно обогатить свою профессию хорошо систематизированными взглядами специалистов других областей деятельности. Печально, что мы так часто, по-видимому, заимствуем чужие теории, чтобы объяснить, что происходит во время творческого процесса, а также прикрепляем к себе чью-то индивидуальность, когда получаем докторскую степень в других дисциплинах. Важно понять, что те, кто строил теории о творческом процессе и его взаимодействии с психическим здоровьем, редко сами были художниками, хотя они, возможно, и развили творческое мышление в других сферах деятельности. Специалисты по психическому здоровью, такие как Фрейд [Freud] (1900), Ариети [Arieti] (1976) и Маслоу [Maslow] (1968), внесли большой вклад в дальнейшую разработку нашего представления о том, что мотивирует творческое поведение, и какую роль эта мотивация может сыграть для человека. Необходимо хорошо знать о существующих теориях и в то же время помнить, что они имеют скорее интеллектуальный характер, потому что основаны на наблюдениях, интервью или размышлениях о непосредственных переживаниях клиентов. Хотя некоторые художники и писали довольно проникновенно о своем творчестве, большинство их не обучались психологии или психопатологии. Поэтому их взгляды, часто исполненные интуитивной правды, все же являются односторонними, как и взгляды психологов, которые не являются художниками. В самой арт-терапии есть дисциплина, которая (теоретически) объединяет тонкое понимание процесса создания произведения искусства со столь же тонким знанием психологии. Существует вероятность того, что будет разработана теория терапевтических аспектов искусства специа- Джудит А.Рубин 224 листами — знатоками и искусства, и арт-терапии. Наши «первооткрыватели», между прочим, не являются первыми, кто использует искусство в работе с клиентами. Они не просто описывали такую работу, но анализировали ее, стараясь понять, почему она приводила именно к тем результатам, которые они наблюдали. Иначе говоря, они разрабатывали теории о применении искусства в терапии, в которых они пытались синтезировать свои знания и в области искусства, и в области психологии. Труды Наумбурга [Naumburg], Крамера [Kramer], Ульмана [Ulman] (1961, 1971) и Райна [Rhyne] отличаются тем, что в них не просто описывается процесс, но и делается попытка его осознать. Они являются для нас хорошим примером, которому последовали и некоторые другие арт-терапевты (например, Бетенский [Betensky], Роббинс [Robbins]), имеющие тенденцию к теоретизированию (ср. «Рекомендуемая литература», часть III). Эти ученые щедро заимствовали и чужие теории, например, трогательные эстетические концепции Сюзанны Лангер [Susanne Langer] (1953) и эго-психологию Эрнста Криса [Ernst Kris] (1952). Сейчас нам необходимо разработать значимые теоретические концепции, исходя из контекста самой арт-терапии. Однако искусство есть искусство, а люди есть люди, поэтому необходимо еще много изучить и даже законно позаимствовать у тех, кто довольно глубоко исследовал либо творчество, либо человека. Мы не можем отрицать потенциальное значение теории в других дисциплинах и ее приложения к арт-терапии, и в то же время мы испытываем некоторую неловкость оттого, что, возможно, мы силой загоняем арт-терапию в теоретические трафареты, которые не совсем подходят ей «по размеру». Вероятно, это звучит диссонансом моему призыву к арт-терапевтам не изобретать колесо или не обособляться в стремлении к научным изысканиям, но я считаю, что область теория — это качественно иная область. Конечно, для того чтобы общаться со студентами и специалистами в области арт-терапии, необходимо знать и понимать сходство между такими науками, как гештальт психология и гештальт терапия, или такими, как классическая теория «драйва» в психоанализе и недавние разработки в области отношений между объектами/предметами. Знакомясь с различными теориями о том, как и почему люди функционируют вообще и в искусстве в частности, невозможно не совершенствовать своего понимания арт-терапии. Особенно полезно читать научные труды в оригинале (а не в пересказе), чтобы вполне усвоить такие теории, как теория образования/фор чтобы они могли заниматься творчеством. Глава 18 Разные популяции клиентов П ервое и главное, что следует запомнить относительно разных популяций клиентов, — это то, что все люди, независимо от возраста и степени нетрудоспобности, могут творчески работать с художественными материалами. Одним из наименее желательных проявлений общения с людьми, с которыми они сталкиваются чаще всего, является отрицательное или скептическое отношение к способности определенной популяции клиентов конструктивно использовать художественные материалы. Нет ни одной возрастной категории клиентов и ни одного типа их нетрудоспобности, при которых время от времени тот или иной квалифицированный специалист, а порой и арт-терапевт не выразил бы своего мнения относительно способности клиентов в группе сделать какое-либо значимое произведение искусства. Они всегда приводят веские причины, почему они ожидают отрицательного результата, а их выводы, вытекающие из их опыта работы или из научной литературы, всегда выглядят вполне законными. Но ожидание отрицательного результата так сильно влияет на способность людей выполнять творческую работу, что даже документальное подтверждение неудачи с тем или иным клиентом не является достаточно веским доводом в пользу заблаговременного отказа с ним работать. Почти каждый человек (очень мало исключений, если они вообще есть) способен выразить себя в творчестве; решающую роль играют оптимизм и профессионализм арт-терапевта. Оба качества важны, по- скольку только ожидание положительного результата еще не решает всех проблем, которые возникают у клиентов, работающих с художественными материалами. Эти проблемы могут иметь сенсорную, физическую, психическую или поведенческую природу, однако изобретательный подход к их решению всегда оканчивается успешно, особенно когда он сочетается с оптимистическим ожиданием результата. Часто ожидание отрицательного результат не относится ко всем популяциям клиентов, а скорее к их подгруппам или к каждому конкретному клиенту; принцип, однако, остается. Сложной задачей для арт-терапевта является найти такой подход к каждому клиенту, при котором он бы смог работать творчески, учитывая физическое и психическое состояние определенной по- Джудит А.Рубин 240 пуляции клиентов. Может быть, вам потребуется изобрести хитроумное механическое приспособление или использовать свое собственное «я» в качестве вспомогательного средства; возможно, вам потребуется более привлекательно оборудовать кабинет арт-терапии или как-то повысить мотивацию клиента, — вы можете противостоять любой трудной задаче, если подойдете к ней оптимистично и творчески. Если мы начали полемизировать о том, что никому нельзя отказывать в возможности пройти арт-терапию только потому, что некоторым кажется, что человек неспособен к творческому поведению, давайте более пристально взглянем на наиболее важные переменные относительно разных популяций клиентов. Первым и самым очевидным фактором является возраст клиента, так как арт-терапевты могут работать успешно с людьми любого возраста, начиная от младенцев и заканчивая пожилыми людьми, но подход к клиентам, естественно, будет изменяться в зависимости от их возрастного уровня. Для арт-терапии имеет значение и хронологический, и умственный/психический возраст клиента; первый — из-за вероятного уровня физического развития и круга интересов, второй — из-за вероятной эмоциональной зрелости и умственных способностей, присущих каждому уровню развития. Когда разница между этими двумя факторами большая, как в случае умственной отсталости, врач должен уделять внимание им обоим. Знание законов нормального развития личности является, безусловно, одним из главных ключей к пониманию людей и к значимой работе с ними на разных стадиях их жизни. В дополнение к широкому спектру профессиональных навыков и понимания того, какие возможности приобретают люди в течение времени, начиная с раннего детства и до подросткового возраста, следует иметь в виду, что задачи, которые стоят перед людьми на каждом уровне их развития, также претерпевают изменения. Терапевт, работая с клиентами этих возрастных категорий, все меньше на протяжении этого периода опекает их, но постоянно оказывает им поддержку и в то же время устанавливает ограничения. Конечно, по-разному следует вести себя с трехлетним ребенком и с ребенком десяти лет, а также иначе разговаривать с подростком, чем со взрослым. Видимо, знание законов развития человека является лишь частью профессиональных навыков врача, если она призвана успешно проводить арт-терапию с клиентами разных возрастных групп. Необходимо также относиться к людям разного возраста так, чтобы они чувствовали себя спокойно и чтобы им было с вами приятно общаться, — а не каждый врач спо рисуют на сеансе групповой арт-терапии. Глава 19 Разные типы учреждений Р абота в лечебных, образовательных или исправительных учреждениях так же различна, как работа с разными популяциями клиентов. Она требует от врача знания и понимания организации, в которой она работает. Необходимо понять тип учреждения в общем (как и популяцию клиентов), а не только конкретное заведение, в котором намеревается работать терапевт. Некоторые арт-терапевты могут решить, что знакомство с различными типами учреждений является делом более простым и легким, чем знакомство с разными популяциями клиентов, в котором задачу осложняет множество субъективных составляющих как самой популяции, так и ее реакции на арт-терапевта. Однако в учреждениях также работают люди, которые на первый взгляд смотрят в одну сторону, а если к ним приглядеться — то в совершенно противоположную. Как мы уже упоминали в главе, посвященной работе консультанта по арт-терапии, анализировать учреждение как систему так же сложно, как анализировать динамику семьи, — может быть, даже сложнее из-за множества ее подсистем и большого количества людей, работающих в ней. Так или иначе, арт-терапевт, которая работает в школе, находится в совершенно иных условиях, чем арт-терапевт, работающая в клинике, и обе они находятся в условиях, совершенно отличных от условий больницы или исправительного учреждения. Для арт-терапевта все еще характерно быть первой и единственной во многих учреждениях, что означает, что кроме ознакомления с самим учреждением она должна также определить свою роль в нем буквально с нуля. На эту задачу, конечно, сильно влияет то, чего именно ожидают здесь от арт-терапии, что редко не вызывает разногласий у персонала. Ощущение самого арт-терапевта, как наиболее оптимально применить здесь свой профессионализм, также является серьезной переменной, которая в значительной степени зависит от того, насколько хорошо она знает и понимает потребности этого учреждения. Как и в работе в качестве терапевта, руководителя и консультанта, арт-терапевт обычно не имеет выбора, с чего начинать — обычно это диктует организация. Даже в учреждении, где уже работает один или Джудит А.Рубин 252 несколько арт-терапевтов (стажеров или членов персонала), всегда лучше всего контактировать с людьми, которые гибко относятся к определению роли арт-терапевта. Может пройти достаточно много времени, прежде чем и организация, и арт-терапевт поймут, как лучше всего использовать квалификацию одного из них для обслуживания другого; а разработка такой органичной программы имеет минимальные шансы воплотиться в жизнь, если арт-терапевт с самого начала не даст волю своему воображению. Что касается других ролей арт-терапевта, то она должна проявить терпение и оценить, кроме потребностей организации, ее сильные и слабые стороны и ее движущие силы, все время обдумывая, как можно применить арт-терапию именно здесь. Когда и с кем разделить свои мысли — это, как и в работе терапевтом, руководителем или консультантом, зависит от того, как оценивает арт-терапевт готовность второй стороны воспринять арт-терапию, а не только от того, кто, по ее мнению, окажется полезным в деле осуществления намеченных изменений. переоценить важность понимания того, какие явные и скрытые системы ценностей существуют в организации и какова ее властная структура. В некоторых учреждениях множество достойных идей проведения арт-терапии так никогда и не воплотились в жизнь не потому, что никто о них не задумался, а потому, что арт-терапевт неправильно попыталась их представить. Возможно, она обратилась не к тому человеку или выбрала неподходящее время, или, может быть, она пошла в нужный кабинет и вовремя, но плохо продумала форму представления своей методики. Иногда арт-терапевт обращается к надлежащему лицу в учреждении (в соответствии со списком административных должностей), но по каким-то причинам не информирует других высокопоставленных сотрудников организации, которые могут обидеться и решающей поддержкой которых она могла бы заручиться. Чтобы оптимально проявиться в любом учреждении, нельзя упускать возможность выполнять другие обязанности — например, работать в качестве терапевта или проводить научные исследования. Для этого у арт-терапевта должен сложиться четкий план развития роли искусства в данном лечебном, образовательном или исправительном учреждении. Тогда она может, как только появляется такая возможность, воспользоваться изменениями в составе администрации или предложить новую программу развития арт-терапии или как-то иначе применить свои творческие способности. Не имея четко разработанной программы, невозможно даже передать ним из вариантов групповой арт-терапии. Глава 20 Разные методы лечения В предисловии к этому разделу говорится, что существует множество возможностей для работы в арт-терапии, либо в диагностике, либо в терапии. Для индивидуальной арт-терапии подходят наиболее общие методы лечения, хотя с экономической точки зрения лечение группы клиентов становится все популярней. И все же, наверное, в основном в арт-терапии, проводящейся в многочисленных лечебных или образовательных учреждениях с разнотипными популяциями клиентов, участвует один человек в качестве терапевта и другой — в качестве клиента. Периодичность и долгота сеансов зависит от множества факторов, например, от уровня мотивации клиента и от его способности участвовать в процессе. В амбулаторном лечении нормой являются еженедельные сеансы продолжительностью один час, хотя это не значит, что это оптимальные показатели. Я начинала с частной практики и поэтому экспериментировала с частотой и структурой сеансов со своими амбулаторными клиентами. Стоит упомянуть о том, что проводить сеансы арт-терапии раз в неделю вряд ли будет оптимально, если, конечно, нет каких-либо не зависящих от вас причин, которые налагают некоторые ограничения, например, расстояние, которое преодолевает клиенту, чтобы добраться до клиники, отказ клиента или его родителей приходить чаще или любое другое дополнительное лечение клиента. Если индивидуальная арт-терапия подходит вам больше всего, как это постоянно происходит в моей собственной практике, то два сеанса в неделю будет наиболее оптимальным количеством. Такое количество сеансов арт-терапии в неделю помогает клиенту быстрее вникнуть в творческий и лечебный процесс, способствует непрерывности сеансов, укрепляет союз терапевта и клиента и усиливает перенос. Мне кажется (хотя этого никто не проверял и, видимо, это проверить невозможно), что два сеанса в неделю позволяют клиенту преодолеть свои проблемы гораздо быстрее, чем это возможно при встрече с арт-терапевтом раз неделю. В этом отношении на меня большое влияние оказало мое увлечение психоанализом, обучение которому требовало от меня участия в сеансах со взрослыми клиентами пять раз в неделю. С детьми я виделась четыре Джудит А.Рубин 266 раза в неделю, так что я скоро привыкла видеться с людьми чаще, чем я это делала, просто работая с амбулаторными клиентами Центра психологической помощи детям. Единственный раз я вместо четырех раз в неделю стала встречаться со своими клиентами-детьми два раза в неделю, потому что их состояние ухудшилось, и потребовалось больше времени на их лечение. Недавно я работала со стационарными клиентами, и общение с ними заставило меня пересмотреть свои представления о том, как часто должны проводиться сеансы арт-терапии, так как в больнице, где мы работаем, пациенты находятся относительно недолго (от нескольких дней до трех или четырех месяцев). Для того чтобы выполнить хотя бы ограниченное количество задач в лечении клиентов, необходимо было встречаться с ними по крайней мере дважды в неделю, а иногда и чаще, потому что сначала не все клиенты могли перенести долгий сеанс арт-терапии, и мы начинали с 15 минут и постепенно увеличивали сеанс до получаса или до часа. Я стала более гибко подходить к продолжительности сеансов в своей работе, хотя для клиента будет лучше, если вы остановитесь на какой-то определенной длительности сеанса и будете ее придерживаться (возможны исключения с клиентами, имеющими низкую работоспособность, в случае с которыми вашей задачей является усилить их способность работать дольше на сеансе арт-терапии). Иногда дети младшего возраста прекрасно работают на 30–45-минутных сеансах, а дети более старшего возраста могут работать целый час или даже дольше. Более часа работать с клиентом индивидуально (с редкими исключениями), по-видимому, невозможно для большинства врачей, которые привязаны к определенному графику работы. Арт-терапевты должны постараться быть по возможности очень гибкими не только в отношении продолжительности сеансов, но и в отношении их повторяемости. Нет ничего удивительного в том, что час составляет 50 минут; важное значение для клиента приобретает сам сеанс (сколько бы он ни длился) и способность арт-терапевта многое сделать для разрешения проблем клиента за отведенное на сеанс количество времени. Конечно, можно поэкспериментировать, не ограничивая промежуток времени на встречу с клиентом (например, запланировать всю первую половину дня для сеанса арт-терапии с единственным клиентом), но это будет иметь смысл только в терапевтических целях, например, если клиент работает с художественными материалами, требующими больше времени — высекает скульптуру из камня или делает рисунки для мультипликационного фильма. Ограничение сеанса терапии по времени, конечно, име