Пожалуйста, введите доступный Вам адрес электронной почты. По окончании процесса покупки Вам будет выслано письмо со ссылкой на книгу.

Выберите способ оплаты
Некоторые из выбранных Вами книг были заказаны ранее. Вы уверены, что хотите купить их повторно?
Некоторые из выбранных Вами книг были заказаны ранее. Вы можете просмотреть ваш предыдущий заказ после авторизации на сайте или оформить новый заказ.
В Вашу корзину были добавлены книги, не предназначенные для продажи или уже купленные Вами. Эти книги были удалены из заказа. Вы можете просмотреть отредактированный заказ или продолжить покупку.

Список удаленных книг:

В Вашу корзину были добавлены книги, не предназначенные для продажи или уже купленные Вами. Эти книги были удалены из заказа. Вы можете авторизоваться на сайте и просмотреть список доступных книг или продолжить покупку

Список удаленных книг:

Купить Редактировать корзину Логин
Поиск
Расширенный поиск Простой поиск
«+» - книги обязательно содержат данное слово (например, +Пушкин - все книги о Пушкине).
«-» - исключает книги, содержащие данное слово (например, -Лермонтов - в книгах нет упоминания Лермонтова).
«&&» - книги обязательно содержат оба слова (например, Пушкин && Лермонтов - в каждой книге упоминается и Пушкин, и Лермонтов).
«OR» - любое из слов (или оба) должны присутствовать в книге (например, Пушкин OR Лермонтов - в книгах упоминается либо Пушкин, либо Лермонтов, либо оба).
«*» - поиск по части слова (например, Пушк* - показаны все книги, в которых есть слова, начинающиеся на «пушк»).
«""» - определяет точный порядок слов в результатах поиска (например, "Александр Пушкин" - показаны все книги с таким словосочетанием).
«~6» - число слов между словами запроса в результатах поиска не превышает указанного (например, "Пушкин Лермонтов"~6 - в книгах не более 6 слов между словами Пушкин и Лермонтов)
 
 
Страница

Страница недоступна для просмотра

OK Cancel
Российская национальная библиотека М. Ю. Матвеев Имидж национальных библиотек Санкт-Петербург 2018 1 УДК 027.54 ББК 78.34 М33 Матвеев М. Ю. Имидж национальных библиотек / РНБ. СПб., 2018. Рецензенты: М. Н. Колесникова, д-р пед. наук, проф., зав. кафедрой библиотековедения и теории чтения СПбГУКИ В. С. Крейденко, д-р пед. наук, проф., чл.-кор. МАИ Высшей школы, заслуженный работник культуры РФ Д. К. Равинский, канд. пед. наук, старший научный сотрудник Отдела межбиблиотечного взаимодействия РНБ Редактор: С. А. Давыдова, канд. филол. наук В настоящей книге на основании широкого круга российских и зарубежных источников рассматриваются основные проблемы, связанные с имиджем национальных библиотек, начиная от их определения, набора функций, миссии и особенностей исторического развития и кончая отображением их деятельности в литературно-художественных источниках. Впервые приводится развернутая характеристика стереотипных представлений о деятельности национальных библиотек, анализируется проблема ассоциативного восприятия их зданий, выявляются страницы истории этих библиотек, наиболее повлиявшие на формирование общественного мнения, и сопоставляются результаты социологических исследований, проведенных в разных странах мира. Работа позволяет взглянуть на многие вопросы, связанные с деятельностью национальных библиотек. В их числе – кадровая проблема, совершенствование организационной культуры, роль традиционных библиотек в электронной среде, изменение поведения и мировоззрения пользователей под влиянием Интернета и др. Книга может представлять интерес для библиотековедов, социологов, культурологов, специалистов в области PR и руководителей крупнейших библиотек. Многие затронутые в ней темы могут стать основой для дальнейших исследований в данной области и совершенствования деятельности крупнейших библиотек страны. Печатается по постановлению  Редакционно-издательского совета РНБ Подписано к печати 10.04.18. Формат 60×84/16. Бумага писчая. Усл. печ. л.  29,5. Уч. изд. л.  28,0. Заказ  № 137 Издательский отдел РНБ. Отдел оперативной полиграфии РНБ. 191069, Санкт-Петербург, Садовая ул., 18. ISBN 978-5-8192-0554-9 © Российская национальная библиотека, 2018 г. 2 Содержание Предисловие#8;�����������������������������������������������������������������������������������������������������������10 Глава 1. Имидж национальных библиотек: проблемы, подходы, ассоциации#8;������������������������������������������������������������������������������������������������������16 1.1. Литература о национальных библиотеках#8;��������������������������������������������16 1.2. Имиджевые проблемы национальных библиотек#8;�������������������������������19 1.3. Стереотипные представления о деятельности национальных библиотек: польза или вред?#8;������������������������������������������������������������������64 1.4. История национальных библиотек: «узловые точки» формирования имиджа#8;����������������������������������������������������������������������������78 1.4.1. История зарубежных национальных библиотек#8;������������������������78 1.4.2. История национальных библиотек России#8;���������������������������������89 1.5. Архитектура и имидж национальных библиотек#8;������������������������������123 1.5.1. Подходы и ассоциации#8;����������������������������������������������������������������123 1.5.2. Новые здания крупнейших библиотек мира: достоинства и недостатки#8;����������������������������������������������������������������������������������������133 1.5.3. Отечественные национальные библиотеки на современном этапе развития#8;����������������������������������������������������������������������������������149 1.5.4. Строительство новых зданий: факторы и критерии, влияющие на имидж#8;�����������������������������������������������������������������������159 Глава 2. Возможности совершенствования имиджа национальных библиотек#8;�������������������������������������������������������������������������������������������������������168 2.1. Маркетинговая ориентация национальных библиотек: основные проблемы#8;������������������������������������������������������������������������������������������������168 2.2. Внешний имидж#8;������������������������������������������������������������������������������������169 2.2.1. Стратегическое планирование в национальных библиотеках#8;�������������������������������������������������������������������������������������169 2.2.2. PR-технологии в библиотеках#8;����������������������������������������������������185 2.3. Профессиональный имидж#8;������������������������������������������������������������������206 2.3.1. Основные проблемы#8;��������������������������������������������������������������������206 2.3.2. Международное сотрудничество#8;�����������������������������������������������214 2.4. Внутренний имидж#8;�������������������������������������������������������������������������������218 2.4.1. Управление библиотекой#8;������������������������������������������������������������218 2.4.2. Психологический климат#8;������������������������������������������������������������222 2.4.3. Организационная культура#8;���������������������������������������������������������225 2.5. Имидж национальных библиотек в электронной среде#8;�������������������228 2.5.1. Сайт национальной библиотеки как средство создания ее имиджа#8;����������������������������������������������������������������������������������������������228 3 2.5.2. Сайты национальных библиотек мира: общее и особенное#8;��������������������������������������������������������������������������������������237 2.5.3. Национальные библиотеки на пути к цифровому будущему#8;������������������������������������������������������������������������������������������248 2.5.4. Феномен блоггерства: нужны ли блоги национальным библиотекам?#8;�����������������������������������������������������������������������������������272 Глава 3. Имидж национальных библиотек в контексте социологических исследований#8;�������������������������������������������������������������������������������������������������278 3.1. История вопроса#8;������������������������������������������������������������������������������������278 3.2. Зарубежный опыт#8;����������������������������������������������������������������������������������280 3.3. Отечественный опыт#8;�����������������������������������������������������������������������������294 3.3.1. Исследования читателей в РНБ#8;��������������������������������������������������294 3.3.2. Другие исследования#8;�������������������������������������������������������������������309 Глава 4. Национальные библиотеки в «небиблиотечных» источниках#8;��������312 4.1. Образы крупнейших библиотек в художественной литературе#8;������312 4.1.1. Общие тенденции#8;������������������������������������������������������������������������312 4.1.2. Специфика изображения отдельной библиотеки (на примере РНБ)#8;����������������������������������������������������������������������������343 4.2. Национальные библиотеки в художественных фильмах#8;�����������353 Выводы#8;�����������������������������������������������������������������������������������������������������������������357 Литература#8;�����������������������������������������������������������������������������������������������������������373 Приложение 1. Национальные библиотеки мира#8;�������������������������������������������415 Приложение 2. Художественные произведения, очерки и фильмы, содержащие образы крупнейших библиотек#8;��������������������������������������������454 Именной указатель#8;����������������������������������������������������������������������������������������������460 4 Список сокращений БАЕ – Библиотечная ассамблея Евразии БАН – Библиотека Академии наук ББК – библиотечно-библиографическая классификация ВГБИЛ – Всероссийская библиотека иностранной литературы им. М. И. Рудомино ВПТБ – Всероссийская патентно-техническая библиотека ГАРФ – Государственный архив Российской Федерации ГБЛ – Государственная библиотека СССР им. В. И. Ленина ГПБ – Государственная Публичная библиотека им. М. Е. Сал т ы к ова-Щедрина ГПИБ – Государственная публичная историческая библиотека России ГПНТБ – Государственная публичная научно-техническая библиотека ИНИОН – Институт научной информации по общественным наукам ИПБ – Императорская Публичная библиотека ИРЛИ – Институт русской литературы (Пушкинский Дом) РАН ИФЛА – Международная федерация библиотечных ассоциаций и учреждений (International Federation of Library Association) МБА – межбиблиотечный абонемент МГУК – Московский государственный институт культуры НБ – национальная (-ые) библиотека (-и) НИР – научно-исследовательская работа НЭБ – Национальная электронная библиотека ООН – Организация объединенных наций ОЧЗ – общие читальные залы РАН – Российская Академия наук РГБ – Российская государственная библиотека РГБС – Российская государственная библиотека для слепых РКП – Российская книжная палата РНБ – Российская национальная библиотека РОДБ – Румянцевское общество друзей библиотеки (РГБ) РФ – Российская Федерация СМИ – средства массовой информации 5 СНГ – Содружество независимых государств СПбГИК – Санкт-Петербургский государственный институт культуры СПбГУКИ – Санкт-Петербургский государственный университет культуры и искусств СПбФ ИИЕТ – Санкт-Петербургский филиал Института истории естествознания и техники им. С. И. Вавилова РАН ФГБУ – Федеральное государственное бюджетное учреждение ЦРУ – Центральное разведывательное управление США ЮНЕСКО – Организация объединенных наций по вопросам образования, науки и культуры AALL – American Association of Law Libraries (Американская ассоциация юридических библиотек) ABINIA – Asociación de Bibliotecas Nacionales de Iberoamerica (Ассоциация национальных библиотек Латинской Америки) BNE – Biblioteca nacional de España (Национальная библиотека Испании) CDNL – Conference of Directors of National Libraries (Конференция директоров национальных библиотек) CDNLAO – Conference of Directors of National Libraries of Asia and Oceania (Конференция директоров национальных библиотек Азии и Океании) CENL – Conference of European National Librarians (Конференция европейских национальных библиотек) CONSAL – Conference of South-East Asian Librarians (Конференция библиотекарей стран Юго-Восточной Азии) CORE – Connecting Repositories (Сервис Института знаний при Открытом университете, объединяющий материалы из репозиториев и журналов открытого доступа (Великобритания)) DEF – Danmarks Elektroniske Fag-og Forskningsbibliotek (Датская электронная научно-исследовательская библиотека) DESIDOC – Defense Science Documentation Centre, New Delhi, India (Защитный научный документационный центр (Нью-Дели, Индия))  DIEPER – Digitised European Periodicals (Проект оцифровки европейских периодических изданий) 6 DNEP – Depository of Netherlands Electronic Publications (Депозитарий нидерландских электронных изданий) EBSCO – Elton B. Stephens Co. (Информационная компания Элтона Брайсона Стивенса) EDL – European Digital Library (Европейская цифровая (Europeana) библиотека) EROMM – European Register of Microform and Digital Masters (Европейский регистр страховых микроформ и цифровых копий) EThOS – Electronic Theses Online Service (Электронная онлайновая служба предоставления авторефератов и диссертаций Британской библиотеки) FinELib – Electronic Library of Finland (Национальная электронная библиотека Финляндии) FOLA – Friends of Libraries Australia (Общество друзей библиотек Австралии) FOLUSA – Friends of the library USA (Общество друзей библиотек США) JSTOR – Journal STORage (Цифровая база данных полнотекстовых научных журналов на различных европейских языках и англоязычных книг по гуманитарным наукам) IAML – International Association of Music Libraries, Archives and Documentation Centres (Международная ассоциация музыкальных библиотек, архивов и информационных центров) IATUL – International Association of University Libraries (Международная ассоциация университетских библиотек) ICI – International Conference on Information (Международная конференция по информации) ICT – information and communications technologies (информационно-коммуникационные технологии) IFLA – см. ИФЛА IFLA NOIR – IFLA National Organizations and International Relations Special Interest Group (Специальная группа по интересам ИФЛА «Национальные организации и международные отношения») ISO – International Standard Organization (Международная организация стандартизации) 7 Gabriel – Gateway and Bridge to Europe’s National Libraries (Портал национальных библиотек Европы) KVC – Karlsruhe Virtual Catalog (Сводный электронный каталог Карлсруйского университета) LIBER – Ligue des Bibliothèques Europeennes de Recherche (Лига европейских исследовательских библиотек) LISU – Research and information centre for library and information services, Centre for Information Management, School of Business and Economics at Loughborough University (Исследовательский и информационный центр библиотечных и информационных услуг при Центре информационного менеджмента при Школе бизнеса и экономики Университета Лафборо) TEL – The European Library (Европейская библиотека) TEL-ME-MOR – Modular Extension for Mediating Оnline Resources (Модульное расширение Европейской библиотеки для посредничества в области онлайн-ресурсов) NLA – National library of the Albania (Национальная библиотека Албании) NLC – National library of the China (Национальная библиотека Китая) NLI – National library of the Ireland (Национальная библиотека Ирландии) NSLA – National and State Libraries Australasia (Консорциум национальных и государственных библиотек Австралии и Новой Зеландии) NSWPLA – New South Wales Public Libraries Association (Ассоциация публичных библиотек Нового Южного Уэльса) OCLC – Online Computer Library Center, Inc. (Некоммерческий членский компьютерный библиотечный сервис и научно- исследовательская организация по расширению доступа к мировой информации) PR – public relations (связи с общественностью) RFBNN – Reseau Francophone des bibliothèques nationales numériques (Сеть цифровых национальных библиотек стран франкофонии) SAARC – South Asian Association for Regional Cooperation (Южно- азиатская ассоциация регионального сотрудничества) 8 UK PubMed – United Kingdom Central Archive / Database of the Medical Central Publications (Центральный электронный архив медицинских публикаций Великобритании) UKRR – United Kingdom Research Reserve (Электронный исследовательский резерв журнальных публикаций Великобритании) UNESCO – см. ЮНЕСКО UNISIST – United Nations International Scientific Information System (Международная система передачи научной информации) WDL – World Ditigal Library (Всемирная цифровая библиотека) WIF – Web Impact Factor (импакт-фактор) 9 Предисловие В современных условиях библиотеки разных типов вынуждены доказывать обществу свою необходимость и полезность, в связи с чем возрастает значение исследований, связанных с имиджем этих организаций и всего биб л иотечного дела в целом. При всем обилии профессиональной литературы, затрагивающей вопросы восприятия деятельности библиотек обществом, в ней отсутствуют обобщающие исследования, посвященные имиджу крупнейших и наиболее заметных из них – национальных (НБ). Данная работа представляет собой первую в отечественном и зарубежном библиотековедении попытку закрыть этот досадный и во многом парадоксальный пробел. Прежде всего, конечно, следует привести общее определение имиджа, которое можно использовать по отношению к любым общественным биб лиотекам, в том числе и НБ. Согласно этому определению, имидж библиотеки можно рассматривать как широко распространенный и относительно устойчивый образ, сформировавшийся в сознании различных групп населения под воздействием ее непосредственной деятельности, мер, предпринимаемых ею для увеличения своей популярности, и ряда труднопрогнозируемых обстоятельств, в первую очередь сложившегося под воздействием СМИ и литературных источников общего представления о деятельности аналогичных субъектов. Краткое определение имиджа библиотеки сводится к ее социокультурному облику: будучи «фасадной» частью образа и не передавая все характеристики своего «носителя», имидж при всей своей «эфемерности» и «неуловимости» оказывается связанным едва ли не со всеми болезненными проблемами библиотечной сферы (при его формировании учитывается множество как внешних, так и внутренних факторов, влияющих на восприятие организации и работающих в ней людей). С учетом общего определения имидж библиотеки можно разделить на несколько разновидностей: внешний (он, в свою очередь, делится на общественный – с позиций широкой публики и профессиональный (с позиций библиотечного сообщества)), внутренний (определяемый стилем руководства, психологическим климатом в коллективе и организационной культурой) и «независимый» (от конкретной библиотеки), формирующийся под влиянием литературно-художественных источников [167, с. 28–29]. Данная схема, на наш взгляд, может быть применена для исследования имиджа любых библиотек; используется она и в настоящей книге. Следует сказать несколько слов и о способах изучения и осмысления имиджа. Его можно исследовать на теоретическом уровне (механизмы фор10 мирования представлений о деятельности тех или иных библиотек, причины существования ошибочных стереотипов, факторы, влияющие на имидж, и т. д.), заниматься выработкой практических рекомендаций по улучшению имиджа библиотек и библиотекарей и, наконец, анализировать отображение образа библиотеки в различных источниках (в профессиональной прессе, художественной литературе, фильмах, СМИ, социологических исследованиях и др.). Данная работа лежит на «стыке» всех трех упомянутых направлений, что связано как с малоизученностью имиджа НБ, так и с «мозаичностью» имеющейся литературы. Иными словами, это одновременно и размышления об имидже НБ, и попытка его изучения. Неоднородность литературы, посвященной деятельности НБ, действительно велика. Современные публикации, затрагивающие проблему имиджа этих библиотек, заставляют взглянуть на ситуацию с разных точек зрения. «Для библиотечного дела наступили сложные времена... Появились возможности серьезных качественных перемен, но одновременно возникла острая конкуренция с другими информационными учреждениями, в которой библиотеки должны доказать не только свои возможности, но и незаменимость для общества. С национальными библиотеками (далее НБ) вопрос стоит особенно остро. Они – обладатели ценнейшего информационного и культурно-исторического потенциала. Будет ли он наращиваться и использоваться все активнее или превратиться в застывший архив достижений человеческого ума и творческой энергии?» [306, с. 3]. В конце ХХ – начале XXI в. подобные вопросы стали все чаще появляться на страницах профессиональной печати, причем содержание статей постепенно становилось все более и более дискуссионным. «Нуждаемся ли мы в национальных библио теках, а если да, то в каких?», «Национальная библиотека в электронную эпоху: динозавр или катализатор процессов?» Такие заголовки – отнюдь не редкость в зарубежной прессе, причем у каждого исследователя имеется своя логика. Одной из причин различий во взглядах на будущее НБ (а они колеблются от безусловно оптимистических до крайне пессимистических) является то обстоятельство, что «национальные библиотеки (НБ) как сообщество – самая заметная, но в то же время наименее познанная часть учреждений, характеризующих современное библиотечное дело. Несмотря на то, что в мире их насчитывается более ста, конкретные местные условия, а также имеющиеся ресурсы значительно отличаются друг от друга, как бы отрицая некое категорическое единство» [55, с. 191]. На первый взгляд, НБ не о чем тревожиться и заниматься столь сложной и не дающей быстрых практических результатов рабо исследователей, и создается основа для дальнейших исследований в рамках заявленной темы. 15 Глава 1. Имидж национальных библиотек: проблемы, подходы, ассоциации 1.1. Литература о национальных библиотеках Прежде чем рассматривать вопросы, связанные с имиджем НБ, было бы логично остановиться на обзоре существующих источников, тем более что их характеристика могла бы оказаться полезной для проведения последующих исследований деятельности данных библиотек, в том числе и по другим проблемам. Как уже отмечалось в предисловии, имеющаяся литература, касающаяся НБ, весьма разнообразна, но при этом имеет существенные лакуны и отличается неоднородностью стилистики. Рассматривать ее можно с различных точек зрения, и прежде всего по типам, жанрам и тематике публикаций. Наиболее существенные источники можно разделить на несколько групп. 1. Библиотечные энциклопедии, содержащие материалы по НБ [44; 401], а также обзоры их деятельности [420; 421; 501; 554; 586]. 2. Отдельные исследования и сборники, посвященные библиотечному законодательству разных стран и затрагивающие деятельность крупнейших библиотек [207; 309; 312; 313]. 3. Общие работы по истории библиотек различных стран мира [61]. 4. Материалы конференций и сборники научных трудов [190; 194; 195]. 5. Сборники переводов зарубежной литературы, касающейся деятельности НБ, а также отдельные статьи аналогичной тематики [21; 43; 45; 112; 216]. 6. Результаты международных исследований работы НБ, отчасти затрагивающие проблему имиджа [345]. 7. Книги и статьи по библиотечной архитектуре [69; 98; 383; 387; 456]. 8. Исследования читателей НБ [255]. 9. Статьи о проблемах, стоящих перед НБ [386; 410; 416]. 10. Статьи и книги о деятельности отдельных НБ [139; 354; 397; 404; 435; 446; 497; 512; 525; 561]. Очень редкой, но весьма интересной формой публикации в данном случае является характеристика сотрудников определенной НБ (с указанием причин того, что же привело их в библиотечное дело и конкретно в данную библиотеку), подготовленная на основе анкет и интервью [400]. 16 11. Сайты НБ, дающие представление о данных библиотеках (и формирующие их имидж уже сами по себе) и содержащие ряд официальных материалов, включая годовые отчеты, стратегические планы и т. п. (адреса сайтов НБ разных стран мира приводятся в Приложении 1). Самая главная проблема, на которую можно обратить внимание в данном случае, – это лаконичность источников, будь то энциклопедические статьи, аналитические обзоры или даже публикации о деятельности той или иной НБ: если выделять материал по каждой конкретной проблеме в отдельности (в том числе и по проблеме имиджа), он нередко оказывается либо предельно обобщенным, либо слишком сжатым. К имеющимся материалам можно подойти и с точки зрения их репрезентативности. Применительно к их отбору наиболее предпочтительным представляется комплексный подход с использованием различных методов поиска. Список литературы к данной работе формировался путем исполь- * зования поисковых систем (прежде всего, Google Scholar ), различных баз данных (включая EBSCO Discovery Service (http://search.ebscohost.com/), JSTOR (http://www.jstor.org/), CORE (https://core.ac.uk/)), изучения сайтов различных НБ, а также анализа прикнижной и пристатейной библиографии. Применительно к содержанию акцент делался на публикации наиболее известных авторов, специализирующихся на деятельности НБ, – И. Ю. Багровой [14–29], Л. Бриндли [50; 51; 359–361], Б. Ф. Володина [61–65], Г. Корниша [537], М. Лайна [155; 459–466], Ф. Лора [468–471], Г. Сильвестра [421] и др. Из библиотечной периодики в первую очередь учитывались издания, уделяющие много внимания проблемам НБ – «Alexandria», «IFLA Journal», «Library Trends», «Библиотековедение и библиография за рубежом», «Национальная библиотека»; из сборников научных трудов – те, которые были ориентированы на проблемы НБ [12; 35; 54; 67; 85; 87; 93; 103]. При этом, конечно же, следует обозначить разницу между аналитическими и прогностическими работами: практически каждая статья, посвященная перспективам развития НБ в XXI в., в той или иной мере носит дискуссионный характер. Однако при учете того количества проблем, которые стоят перед данными библиотеками, это обстоятельство представляется неизбежным, тем более что немалая часть размышлений о роли НБ в обществе и их восприятии различными слоями населения относится именно к прогнозам. Еще один аспект, связанный с источниками, – это соотношение бумажных и электронных публикаций. На наш взгляд, ограничиваться одними традиционными журнальными и книжными публикациями нельзя, по- * Google Scholar (Академия Google) – часть системы Google, обеспеч 6–9]. Кроме того, по публикациям можно судить далеко не обо всех темах и направлениях ра18 боты: роль НБ как лидера библиотечной системы своей страны, ее методическая помощь другим библиотекам, международное сотрудничество и ряд других вопросов в печати отражаются явно недостаточно [431, р. 12–14]. Неоднозначной представляется и ситуация с распределением публикаций о деятельности НБ по профессиональным библиотечным журналам. По данным Л. Робинсон на 2014–2015 гг., хотя общее количество подобных журналов очень велико, применительно к НБ с большим отрывом лидируют только 4 из них: «Bibliothek Forschung und Praxis», «Library Trends», «IFLA Journal» и «Scandinavian Library Quarterly». Любопытно, что специализирующаяся на проблемах НБ «Alexandria» не заняла лидирующих позиций – отчасти из-за плохой представленности этого журнала в различных базах данных, отчасти из-за упоминаний НБ в редакторских передовицах, а не авторских статьях, отчасти из-за обилия статей иной тематики [536, р. 81–82]. В целом можно согласиться практически со всеми выводами упомянутых выше исследователей: работа над предлагаемой вниманию читателей книгой привела к аналогичным наблюдениям и заключениям. 1.2. Имиджевые проблемы национальных библиотек Количество препятствий, стоящих на пути формирования позитивного имиджа, у НБ не только не меньше, но даже больше, чем у других библиотек. Связано это с различными обстоятельствами, начиная от большого количества функций и кончая тем, что работу НБ общество рассматривает более внимательно, критически, а порою и предвзято, чем работу всех прочих книгохранилищ. В целом можно выделить три группы проблем, влияющих на восприятие НБ: проблемы, связанные с непосредственной деятельностью этих библиотек; проблемы всего библиотечного дела, сказывающиеся в том числе и на НБ; проблемы общего характера, выходящие за пределы библиотечной сферы. Проблемы национальных библиотек Сложности применения базового понятия Казалось бы, НБ – хорошо заметные и изученные библиотеки, чтобы в их определении имелись какие-либо недоговоренности. Тем не менее вопросы по поводу того, что же такое НБ, все-таки возникают, их не так уж и мало и, что самое главное, на них очень трудно найти бесспорные ответы. 19 Прежде всего, сказывается многозначность самого понятия. Практически все имеющиеся определения того, что же такое НБ, – определения описательные: в них перечисляются основные, возможные и желательные функции НБ и/или направления ее деятельности, но не приводится краткое выражение сути самого термина, а список функций никогда не бывает исчерпывающим [420, р. 6–7]. Кроме того, НБ, как никакая другая библиотека, оказывается зависимой от внешних факторов, которые различаются от страны к стране, а именно от размера государства, истории национальной культуры, уровня экономического развития и проводимой властями культурной политики [554, р. 145]. Следует помнить и о том, что прилагательное «национальный» образуется как от слова «нация», так и от слова «национальность». Соответственно, в первом случае НБ – понятие общегосударственное, во втором – этническое. Более того, главные библиотеки некоторых стран (Болгарии, Словакии, Словении) формально именуются «народными», что еще более запутывает проблему. В советском библиотековедении термин «национальная библио тека» долгое время вообще отсутствовал, и это объяснялось спецификой понимания данного понятия: оно казалось противоречащим многонациональному составу СССР. Его первое упоминание в середине 1960-х гг. было вынужденным, связанным с необходимостью обсуждения функций главных библиотек страны [297–299], а окончательно он утвердился в отечественной библиотечной печати лишь в конце 1980-х гг. [294, с. 707]. Конечно же, на понимании сути НБ сказывается и история самой страны, которую она представляет: в государствах с федеративной структурой, зачастую имеющих несколько НБ, в понятие «нация» вкладывается несколько иной смысл, чем в государствах без сложного административно-территориального деления. Проблему применения термина «национальный» применительно к учреждениям культуры можно рассматривать и более широко: «Библиотека – это не просто место, куда приходит нация за книгами, за знаниями. Это место, откуда выходит нация, т. е. нация „творится“ в библиотечных залах, как и в университетских аудиториях, как в музейных залах и т. д. То, что мы называем нацией, это не то, с чем я рождаюсь. Тогда это был бы этнос, народ. А это то, что я получаю из культуры. Плюс политика. Меня делает принадлежащим к нации мое государство, которое дает мне права гражданства, и то, что меня как нацию объединяет, содержится именно в хранилищах, в музейных фондах, в архивах, во всех культурных запасниках. И когда это становится моим достоянием, когда это я получаю, я с отив, делает в иностранном комплектовании упор именно на гуманитарную сферу [21, с. 29]. 63 которой неизбежно ухудшение библиотечного обслуживания населения [21, с. 11–12]. *** Перечень проблем НБ в целом позволяет прийти к следующим выводам. • НБ, безусловно, следует активно развивать PR, и прежде всего с целью показать, чем же такая библиотека может быть полезна обществу. Необходимо краткое и понятное большинству пользователей определение, что же такое НБ и чем она отличается от других библиотек. • Совершенствование имиджа НБ – процесс длительный и не терпящий спешки: восприятие этих библиотек зависит от большого количества как внешних, так и внутренних факторов. • Для имиджа НБ в равной степени нежелательны как излишняя подробность, имеющая следствием «размытие» обобщающего образа, так и акцентирование отдельных направлений работы. НБ нельзя превращаться в Диснейленд или площадку для непрерывных перфомансов. Ее нежелательно представлять и как место для креативной молодежи в ущерб всем остальным категориям читателей. Таким образом, библиотека должна оставаться именно библиотекой, навигатором в растущем море информации, и любая замена базового понятия на что-либо другое (будь то информационный, культурный или просветительный центр) чревата непредсказуемыми последствиями. 1.3. Стереотипные представления о деятельности национальных библиотек: польза или вред? На первый взгляд, подобная постановка вопроса выглядит достаточно необычно. И действительно, раз уж НБ разных стран резко отличаются друг от друга, можно ли говорить о каких-либо общих расхожих представлениях? И стоит ли уделять внимание стереотипам, относящимся к определенному типу библиотек? Не является ли это излишней детализацией? И бывает ли от стереотипов хоть какая-то польза? Тем не менее логика в вынесенной в заглавие параграфа формулировке все же есть, и она определяется следующими обстоятельствами. • Многие «библиотечные» стереотипы носят интернациональный характер: они не затрагивают частности и ориентируются на «вечные» проблемы обслуживания читателей, включая приветливость библиотечного персонала, комфортность условий для работы, организацию библиотечного пространства и т. д. 64 • Поскольку в библиотековедении изучается имидж различных библиотек, то нельзя не сказать и о «черной тени» этого имиджа – застывших во времени представлениях и взглядах, существенно влияющих на восприятие библиотек в глазах общества и самих библиотекарей. При этом стереотипы, касающиеся деятельности НБ, оказываются едва ли не самыми многочисленными, что можно объяснить как значимостью этих библиотек, так и «включенностью» НБ в широкий социокультурный контекст. • Что же касается пользы от стереотипов, то они, будучи исторически обусловленными по своей сути, не всегда несут в себе заведомо ложные сведения и служат своеобразной информацией для размышления, позволяя выявить и угрозы существующему имиджу, и перспективы его совершенствования. На наш взгляд, применительно к НБ можно выделить четыре группы стереотипов: а) универсальные, характерные и для массового сознания, и для сознания самих библиотекарей, и для «независимых» источников, включая художественную литературу, кино и СМИ; б) общественные (представления читателей и широкой публики); в) профессиональные (взгляды библиотечных работников); г) литературно-художественные. Прокомментируем каждую из этих групп. Характерной чертой универсальных стереотипов, помимо их вездесущности, является их многозначность: будучи представлены во множестве источников, они в зависимости от контекста несут в себе разные смыслы. Первый из них заключается в том, что в каждой стране есть объекты культуры, которые ассоциируются со всей культурой в целом, и НБ едва ли не лучше всего подходят на эту роль [85, с. 103]. Эти библиотеки – свое образная «визитная карточка» государства, по которой можно судить об отношении властей к вечным ценностям; символическое значение и сам образ НБ более важны, чем их деятельность по обслуживанию читателей [369, р. 120]. Однако как раз здесь и проявляется воздействие упомянутых выше политических и экономических факторов: «То, что национальные библиотеки часто отождествляют с символом нации, сохраняющим ее исторические корни, культуру, способствующим самоидентификации народа, экономическому и социальному развитию страны, имеет и свою оборотную сторону. Именно национальная библиотека наиболее подвержена как позитивным, так и негативным влияниям происходящих в обществе процессов» [310, с. 8]. Как выразился один из зарубежных исследователей, член Правления ИФЛА А. Бён, не только сами библиотеки способствуют развитию демократии – для их успешного развития уже нужна развитая демокр бюрократии, презрение к их неэффективности и раздражение, вызываемое их высокомерием или 77 отчужденностью. На деле перечисленные недостатки чаще всего оказываются преувеличенными, и это как раз и не дает возможности адекватно реагировать на критику, пусть даже она и сопровождается сильным желанием улучшить деятельность этих библиотек» [466, р. 7]. 1.4. История национальных библиотек: «узловые точки» формирования имиджа История НБ играет значительную роль в формировании имиджа этих учреждений. При этом, однако, следует помнить о том, что сформировавшийся в глазах общественности и самих библиотекарей облик отнюдь не является точным отражением всей истории НБ: скорее, он формируется на основании нескольких «опорных точек», в той или иной мере характерных для всех библиотек. Кроме того, длинная и полная событий история – это, как ни странно, не всегда благо, поскольку с течением лет вырабатываются определенные стереотипы восприятия, мешающие организации улучшить представление о своей деятельности. В этой связи можно процитировать мнение одного из английских исследователей, которое упоминается едва ли не в каждой дискуссии, касающейся современного состояния и перспектив развития НБ: «Почти повсеместно национальные библиотеки в кризисе. Причина в том, что они, как и большинство учреждений, стали пленницами своего прошлого: более старые из них унаследовали книги и этнос частных, зачастую королевских библиотек, а более молодые были основаны скорее как символы нации; при этом у них не было ясной цели или она была явно недостижимой» [430, р. VII; см. также: 66, с. 3]. 1.4.1. История зарубежных национальных библиотек Согласно сказанному выше, можно рассмотреть наиболее важные исторические обстоятельства, влияющие на восприятие НБ обществом. К сожалению, в данном случае очень трудно подобрать даже исходный термин, будь то «момент», «эпизод» или «страница истории». Учитывая знаковую природу имиджа, наиболее подходящим, пожалуй, является понятие «веха истории»: соответствующие события не должны быть эпизодическими и малозаметными, но в то же время их не может быть слишком много. Прежде всего на имидж НБ (как, впрочем, и любых других организаналичие четкой даты основания, однозначно сформулированций) влияет ных причин открытия и признаков, отличающих эти библиотеки от других 78 учреждений. Специфика НБ состоит в том, что в разных странах они возникали в разное время и разными путями. Так, во Франции, Великобритании и Австрии основу фондов НБ составили королевские библиотеки, в Польше и Венгрии – библиотеки аристократии и высшего духовенства и т. д. [493, р. 153–154]. Однако именно здесь и возникает существенная проблема: по вопросу о том, когда же зародились НБ и чем было обусловлено их появление, единого мнения в библиотековедческой литературе нет. Имеющиеся точки зрения можно представить следующим образом. • Главный признак НБ – выполнение функции национального книгохранилища, следовательно, их возникновение связано с зарождением системы обязательного экземпляра (к примеру, точкой отсчета для Стокгольмской Королевской библиотеки в качестве НБ Швеции и датой ее основания стал 1661 г. – год принятия декрета об обязательном экземпляре [61, с. 130]). В данном случае возникают несколько возражений: а) получение обязательного экземпляра может значительно опережать по времени образование НБ как таковой. Самый ранний пример введения обязательного экземпляра относится к Франции: он был установлен в 1537 г. королем Франциском I для Королевской библиотеки. Для посетителей она открылась в 1737 г., а была преобразована в НБ только в 1795 г. [197, с. 72–74]; б) может иметь место и обратная ситуация: из-за исторических условий развития страны и политики властей обязательный экземпляр начинает поступать спустя многие десятилетия после образования НБ. Так, главная библиотека Люксембурга была основана в 1798 г., в качестве НБ официально работает с 1899 г., но обязательный экземпляр она начала получать только с 1958 г. [446, р. 25]; в) обязательный экземпляр в федеративном государстве не обязательно распространялся на все земли [319, с. 92–93]. Кроме того, эту функцию нельзя считать присущей только НБ. И действительно, во многих случаях первыми обязательный экземпляр документов стали получать не НБ, а университетские библиотеки (так было в Праге (1791), Будапеште (1792), Вене (1807) и др.) [337, с. 78]. Это же самое можно сказать и о России применительно к БАН (по такой логике, это и есть первая НБ нашей страны); г) бывает и так, что в стране вообще нет закона об обязательном экземпляре, что, однако, не мешает существованию НБ. Яркий пример – Швейцария, в которой действует добровольное соглашение 1915 г., согласно которому все швейцарские книготорговцы и книгоиздатели передают НБ распада СССР была сосредоточена в Москве, откуда приходили и методические рекомендации. 88 Активизировать собственную работу в этом направлении оказалось достаточно сложно [81, с. 40, 44, 47]. 1.4.2. История национальных библиотек России В истории двух исторически сложившихся НБ России, при всех их различиях, можно обнаружить и немало общего. Во всяком случае, и у той, и у другой библиотеки имеются сходные периоды развития, которые в максимально кратком виде можно представить следующим образом. Дореволюционный период (с 1795 г. для ИПБ и с 1863 г. для Румян- • цевского музея) – это основание и развитие крупнейших библиотек России, формирование устойчивого контингента читателей. В это время были заложены принципы организации фондов и системы обслуживания, некоторые из которых существуют и по сегодняшний день. 1918 – начало 1960-х гг. – укрепление обеих библиотек как наци- • ональных книгохранилищ и как главных публичных библиотек страны. Параллельное развитие после революции двух библиотек, выполняющих функции национальных, было обусловлено объективными причинами, и прежде всего размерами страны и особенностями ее административного деления: ГБЛ стала главной библиотекой СССР, а ГПБ выполняла эту роль в отношении РСФСР. За годы советской власти ГБЛ, первоначально уступавшая по размеру фонда имевшей более длительную историю ГПБ, получила мощное развитие и вошла в число крупнейших библиотек мира. Но при этом и ГПБ сохранила свои позиции. Наличие исторически ценных фондов и функции ведущих научных, исследовательских и методических центров – это те особенности, которые позволяют этим библиотекам и ныне выполнять роль НБ, не подавляя и не перекрывая друг друга [111, с. 14]. 1960-е – 1991 г. – появление у ГБЛ и ГПБ всего разнообразия функ- • ций, присущих НБ, в том числе расширение и укрепление связей с другими библиотеками страны. С 1992 г. и по настоящее время – современный период, деятель- • ность РНБ и РГБ в качестве равноправных НБ России [37, с. 54–55]. Применительно к имиджевым приобретениям и потерям вполне логичным было бы придерживаться той же схемы, что была применена по отношению к зарубежным НБ (разумеется, с более подробными комментариями и учетом отечественной специфики). Таким образом, можно остановиться на обстоятельствах открытия отечественных НБ, их становлении в качестве национальных книгохранилищ, «золотом веке», чрезвычайных происшествиях, судьбах крупных книжных коллекций и т. д. Дискуссионным является 89 вопрос о событиях последних лет: с одной стороны, соответствующие статьи о деятельности российских НБ представляются излишне публицистичными и злободневными, но с другой, упомянуть о них все же необходимо, поскольку это как раз то, что можно считать текущим имиджем организации. История РНБ Имиджевые приобретения В истории РНБ можно выделить довольно много эпизодов, которые в наи большей степени содействовали укреплению имиджа данного учреждения. Само открытие ИПБ в определенном смысле показало путь для развития всего библиотечного дела в России. В конце XVIII – начале XIX в. доступных для широкой публики книжных собраний в России имелось крайне мало: публичных библиотек за очень редкими исключениями не существовало, а коммерческие библиотеки для чтения открывались чаще всего иностранцами – владельцами книжных лавок и магазинов. Так, в Петербурге в разные годы работали Библиотека Немецкого общества для чтения И. А. Гильденштета (в 1770–1781 гг.), Библиотека Французского общества для чтения Л. И. Бакмейстера (1782–1806), Публичная Вивлиофика К. Т. Дальгрена (1782–1789), Библиотека Немецкого общества для чтения И. К. Кейзера (1789–1798) и др. Из собственно российских библиотек можно отметить Российское заведение для чтения М. К. Овчинникова (1784–1799) и Библиотеку для чтения В. С. Сопикова (1791–1803) [169, с. 176–187; см. об этом также: 41; 253; 442]. Похожие библиотеки существовали и в других городах. Таким образом, хотя в отношении открытия общественных библиотек частная инициатива и опережала государственную, но существовавшие в то время библиотеки для чтения, абонемент в которых был дорог и доходил до 50 р. в год, не могли ускорить формирование русской интеллигенции, оставаясь собраниями для избранной публики. Не лучше обстояло дело и с другими книгохранилищами: Библиотека Академии наук вплоть до 1848 г. была доступна посетителям лишь два дня в неделю, от 2 до 4 часов, а библиотеки научных обществ в большинстве своем опять-таки предназначались для ограниченного круга лиц. ИПБ, которой предстояло собирать все российские книги и рукописи, по своей сути должна была олицетворять мощь Российского государства и приверженность Екатерины II идеалам века Просвещения. В то же время она предназначалась для «публичного употребления» и ставила своей целью «общественное просвещение россиян» [127, с. 14]. ния равных возможностей в библиотечном обслуживании, но пока это задача остается в ряду 122 нерешенных из-за слабого развития книгоиздания на языках народов России [2, с. 22–23]. 1.5. Архитектура и имидж национальных библиотек 1.5.1. Подходы и ассоциации Имидж НБ во многом зависит от того, какое впечатление производит на посетителей (и даже просто прохожих) ее внешний вид. Здание библиотеки – это первое, на чем останавливается взгляд при знакомстве с нею, и многие оценки, суждения и стереотипы основываются именно на том, как же она выглядит и какие ассоциации вызывает. Это непростой вопрос, и при его рассмотрении можно использовать по крайней мере четыре взаимосвязанных подхода – исторический, образно-ассоциативный, статусно-символический и функциональный. В историческом плане архитектура библиотек развивалась следующим образом. Конец XVI – первая половина XVIII вв. в Европе – это господство барокко и рококо, подчеркнуто «дворцовый» облик имевшихся библиотек, в первую очередь королевских – предшественниц национальных [421, р. 89]. Самой первой из ныне существующих библиотек, в которой элементы оформления получили важную роль, является Библиотека Ватикана (1475). Здесь же можно упомянуть и одно из самых красивых библиотечных зданий в мире (и первое специальное библиотечное здание в Европе, предназначенное для посещения публики) – Придворную библиотеку в Вене, построенную в стиле барокко Ф. фон Эрлахом в 1723–1729 гг. (ныне НБ Австрии) [529, р. 153–157]. Недостатки «дворцового» периода очевидны: имевшиеся библиотеки являлись скорее выставками, чем книгохранилищами, а книги не столько использовались в целях образования и науки, сколько служили элементами декоративного оформления интерьеров. Так, к примеру, та же НБ Австрии вплоть до 1906 г. не имела достаточно мест для читателей и до 1966 г. располагала только одним читальным залом; проблема расширения площадей остро стояла и в начале XXI в. [529, р. 154–156]. В период классицизма (XVII – середина XIX вв.) библиотеки неред ко использовали помещения храмов; собственные здания для библиотек строились по такому же образцу. При этом подчеркивалась символическая функция здания и сравнительно удобно располагались библиотечные помещения. Входная часть церкви в библиотеке стала фойе, церковный неф с окнами в обе стороны – читальным залом, а книжные фонды располагались между внутренними опорами – колоннами церкви. Заодно получила распро123 странение идея купола (или куполов) над читальными залами или хранилищами, создающая иллюзию огромных пространств, своеобразной книжной вселенной. Типичные примеры в рамках этого периода – Библиотека Британского музея, здание НБ Франции, построенное А. Лабрустом в 1858– 1868 гг. [197, с. 75], а также ИПБ. Заметим, что европейская архитектура оказала влияние на страны Северной и Южной Америки (Библиотека Конгресса США, НБ Бразилии, Чили и др.), но не отразилась на странах Азии, в которых господствовал свой собственный национальный стиль: библиотеки чаще всего выглядели как дворцовые павильоны (впрочем, в большинстве случаев НБ там еще и не было, а были королевские и императорские библиотеки). Образ книжного храма, при всей своей величественности, сыграл не лучшую роль в формировании представлений о деятельности библиотек. Это было связано со следующими обстоятельствами: • Посещение храма – ритуал, но не повседневная необходимость. Оно предполагает скорее веление души, чем рассудка. При этом храм оторван от окружающей действительности и представляет собой совершенно особый мир. • Убранство храма достаточно традиционно и не подлежит существенным изменениям. • Посещение храма предполагает строгие правила поведения и соблюдение тишины. Подобные здания не предназначены для проведения досуга. Как отмечают некоторые исследователи, именно сопоставление библиотек с храмами, а их сотрудников – с жрецами и хранителями знания привело к появлению у библиотекарей «неистребимого чувства превосходства» над посетителями, которое продолжает существовать даже в XXI в. и по-прежнему служит почвой для распространения негативных стереотипов [427, р. 175]. • Сыграло свою роль и малозаметное, но принципиальное противоречие между образом книжной вселенной и образом храма как места отправления культа: в отличие от прихожан, мысли посетителей библиотек направлены все-таки не в одну сторону, а в разные. Отсюда – многочисленные литературно-художественные представления о гнетущей атмосфере библиотеки, не столько стимулирующей, сколько подавляющей творческие порывы, а то и вовсе дезориентирующей человека. • Как отмечают некоторые зарубежные исследователи, и в XIX в., и даже позднее, вплоть до Второй мировой войны, общим недостатком зданий различных НБ было стремление архитекторов к виз ь в себе тенденции национальной архитектуры и ее отличительные особенности [447, р. 4]. 132 И наконец, можно упомянуть и еще об одной проблеме, связанной с восприятием библиотечных зданий. Она заключается в излишне активных попытках привлечь внимание пользователей. Как отмечают некоторые исследователи, «сегодняшняя библиотека может быть любой. И лучше – не похожей на библиотеку» [98, с. 89]. Подобная точка зрения представляется довольно категоричной: следование подобного принципу может привести к потере библиотеками своего «лица». 1.5.2. Новые здания крупнейших библиотек мира: достоинства и недостатки Конец ХХ – начало ХХI в. применительно к НБ в профессиональной литературе порою называется периодом «строительной эйфории»: именно в это время воплотились в реальность наиболее оригинальные проекты зданий [21, с. 78]. Одним из удачных примеров строительства нового здания НБ можно считать комплекс зданий для НБ Китая, возведенный в 1983–1987 гг. Прежде всего можно отметить сравнительно небольшой промежуток времени с момента ввода в строй старого здания этой библиотеки (оно было построено в 1931 г.) и темпы самого строительства. Впечатляет и размах стройки – участок, отведенный под НБ, занимает 7,42 га при площади зданий и сооружений в 2,99 га и зеленых насаждений в 2 га. При этом заранее была предусмотрена территория, необходимая для возведения второй очереди зданий НБ. Загородное расположение комплекса новых зданий (они расположены в парке Цзычжуюань на западе Пекина) во многом компенсируется тем обстоятельством, что западные окрестности китайской столицы – это район, в котором сосредоточены научно-исследовательские учреждения и высшие учебные заведения. Расположение отделов новой библиотеки – предельно рациональное и к тому же ориентированное по сторонам света (в центре находится основное книгохранилище, в восточной части – справочно-библиографические службы, в южной – помещения для обработки книг, в западной – для обработки периодических изданий на китайском языке, в северной – зарубежные книги и газеты, а также административные службы, в северо-восточной – выставочный и газетный залы). Продумана и высотность зданий: в основном книгохранилище 19 надземных и 3 подземных этажа, главное здание в 5 этажей находится в восточной части, а все остальные сооружения в основном имеют высоту в 3 этажа. Данный проект разрабатывался с учетом характера ландшафта – сочетаемости строений с окружающей средой. Стиль построек соответствует 133 особенностям традиционной китайской архитектуры: крыши покрыты глазурованной черепицей, кирпичные стены светло-коричневого цвета декорированы белым мрамором, для фундаментов и лестниц использовался гранит. Подчеркнем, что Китай, поддерживающий в свое время культурные, торговые и политические контакты с арабами, персами и римлянами, не воспринял ни античную, ни арабскую модели библиотек. Причина заключается в особенностях культуры: архитектура библиотек Китая не менялась на протяжении многих столетий – они располагались в павильонах, оформленных в национальном стиле [98, с. 17]. 33 читальных зала, расположенных преимущественно на верхних этажах, рассчитаны на 3 тыс. мест (самый крупный из них, универсальный, вмещает 1200 читателей), служебные помещения – на 2,5 тыс. сотрудников. Модульные конструкции при необходимости дают возможность менять размеры помещений. Здания оборудованы централизованной компьютерной системой кондиционирования воздуха. В центре комплекса для удобства и отдыха читателей имеются три внутренних и один внешний дворик, в пределах зеленой зоны – пруд, беседки и скамейки. Основательной выглядит и система подачи электроэнергии: имеются две высоковольтные линии, работающие одновременно. Единственный достойный упоминания недостаток является вынужденным: фонд разделен по хронологическому признаку, книги за прошлые годы хранятся в старом здании, современные издания – в новом [90, с. 12–15]. В 2008 г. НБ Китая получила еще один корпус, и теперь ее площадь составляет 250 тыс. кв. м. [19, с. 49]. Наиболее заметной «строительная эйфория» была в Европе: в конце ХХ в. были построены новые здания для НБ Эстонии (1993), Хорватии (1995), Польши (1999). Среди прочих проектов особенно выделяется новый комплекс им. Ф. Миттерана, созданный для НБ Франции архитектором Ф. Д. Перро в 1994–1996 гг. Его можно назвать одним из наиболее эффектных и в то же время вызывающих самые жаркие споры примеров строительства зданий для крупнейших библиотек [65, с. 41]. С градостроительной точки зрения – это мощный узел в городской ткани, положивший начало и ставший основой реконструкции целого исторического района Парижа. Комплекс представляет собой четыре башни-книгохранилища с двойной стеклянной облицовкой и солнечными фильтрами, объединенные поди умом, в котором размещены читальные залы и административный блок. Подиум образует замкнутый периметр, в центре которого образован внутренний двор с парком, в котором высажены деревья разнообразных пород. Площадь земельного участка, занимаемого НБ Франции, – мым читателем, которые все более и более предпочитает электронные гаджеты» [98, с. 48]. 148 • Удобства для читателей, предоставляемые современными НБ, особых нареканий не вызывают. Более спорным представляется их внешний вид: если не все, то большинство НБ уязвимо для критики, в особенности, если она носит публицистический или литературно-художественный характер и основывается на ассоциативно-образном мышлении, предугадать которое заранее практически невозможно. В некоторых путеводителях по крупнейшим библиотекам мира специально подчеркивается то обстоятельство, что образы, созданные писателями, существенно искажают восприятие реальных библиотек, включая даже только что построенные здания. Иначе говоря, как бы современно ни выглядела та или иная библиотека, как бы она ни была технически оснащена и какой бы комфортной она ни являлась, ее внешний вид и ее деятельность все равно будут «опорочены» на страницах романов, и сделать с этим ничего нельзя [377, р. 1]. 1.5.3. Отечественные национальные библиотеки на современном этапе развития Достижения и проблемы РНБ Применительно к новейшей истории самый крупный успех в отношении имиджа – введение в строй в 2003 г. Нового здания, построенного по проекту архитекторов В. Н. Щербина и Л. К. Варшавской. После его открытия в исторических корпусах Главного здания появились возможности для улучшения условий хранения фондов и обслуживания читателей, а также экскурсионной и выставочной работы. Новое здание, занявшее достойное место среди крупнейших НБ Европы, довольно быстро стало популярным среди читателей: уже после 2005 г. число его посещений составляло около 59 % от всех посещений РНБ, а по отношению к посещениям Главного здания – в 1,7 раз выше. Конечно же, столь крупный проект не лишен недостат* Самые очевидные из них – большая оторванность от Главного здания и деление фондов между зданиями по хронологическому признаку. Любопытно, что в начале 1970-х гг. библиотека могла пойти совершенно по другому, более привлекательному и в то же время менее затратному пути, но случилось то, что можно назвать «перстом судьбы»: «Председатель Ленгорсиполкома А. А. Сизов, понимавший, какое огромное значение имеет ГПБ как национальная библиотека РСФСР для развития образования, * По наблюдениям автора, не все жители города вообще отождествляют здания РНБ на Невском и Московском проспектах, полагая, что это две разные библиотеки. 149 науки и культуры, стремился помочь в разрешении ее проблем. По его предложению МК РСФСР поручило ГПБ проработать варианты расширения производственных площадей Библиотеки за счет передачи ей зданий, расположенных по всей правой стороне ул. Зодчего Росси, включая площадь Ломоносова. ˂...˃ В этих зданиях размещались более 30 различных учреждений и организаций, подведомственных Горисполкому. ˂...˃ Председатель исполкома, несмотря на возражения определенной части своих подчиненных, готов был передать эти помещения Публичной библиотеке, тем более, что они находились в непосредственной близости к ее главному зданию. После обследования предложенных помещений Библиотека дала согласие на данный вариант. Все необходимые расчеты и документация были переданы в Ленгорисполком. Для решения этого и ряда других вопросов глава исполнительной власти города направился в Москву. Однако случилось непредвиденное: в Москве А. А. Сизов скоропостижно скончался. Вопрос о помощи Библиотеке в тот момент не был решен» [178, с. 258]. Данный эпизод можно истолковать и как одну из имиджевых потерь библиотеки: дело даже не в том, что ей не удалось расширить комплекс зданий в центре города, а в том, что ее развитие оказалось во власти слепого случая. Все прочие недостатки Нового здания носят дискуссионный характер. • Новое здание РНБ по своей архитектуре резко выделяется на фоне окружающих домов, что может воспринято и со знаком «плюс», и со знаком «минус». Сама форма здания представляется слишком сложной, а вид сверху напоминает то ли муравья, то ли сороконожку. (В период строительства первой очереди Нового здания злые языки и вовсе сравнивали его с неким предметом сантехники, куда как в прорву утекали выделенные средства. С одной стороны, это можно отнести к не заслуживающим упоминания курьезам, но с другой, такая ассоциация – пример того, насколько изобретательной может быть народная фантазия, работающая, к сожалению, скорее в сторону критики, чем в сторону похвалы.) • При взгляде на данное здание не так уж сложно прийти к выводу, что это затянувшийся проект советского времени, вобравший в себя черты многих республиканских и областных библиотек, а не современная постройка. • Большая площадь остекления стен не способствует комфорту в зимнее время года, а остекление крыши – вполне вероятная причина протечек. • Фасад библиотеки выглядит тяжеловесно (хотя колонны кажутся слишком тонкими), помпезно и даже мрачно, что усугубляется статуями у входа, созданными по моделям заслуженного художн олее удачным: данная библиотека расположена в едином пространстве с Кремлем (символом го158 сударственной власти), Московским университетом (одним из главных символов российского образования), Музеем изобразительных искусств им. А. С. Пушкина и Третьяковской галереей (родственными организациями культуры), а также храмом Христа Спасителя (символом духовности). «И это соседство, – пишет М. Я. Дворкина, – придает Библиотеке особую значимость, символизируя ее ценность, необходимость, приравнивая эту ценность и необходимость к названным политическим, культурно-образовательным объектам. ˂...˃ Почему Библиотека оказалась в таком окружении? Почему для Публичного и Румянцевского музея и их библиотеки был выбран Пашков дом, случайно ли это? Люди века Просвещения, стоявшие у истоков Библиотеки, в том числе Н. В. Исаков, сознательно сделали свой выбор, видя в музее, библиотеке, важнейший культурно-стратегический ресурс для будущего» [85, с. 104–105]. Конечно же, «в противовес» здесь можно упомянуть популярную за рубежом идею приближения библиотек к крупным торговым центрам, но она, во- первых, относится преимущественно к публичным библиотекам, а не к НБ, а во-вторых, отнюдь не является бесспорной. Дело заключается в том, что заметной взаимосвязи между посещениями супермаркетов и близлежащих библиотек нет: поход в библиотеку для многих людей – это отдельное действие, которое не объединяется с другими делами [69, с. 22]. 1.5.4. Строительство новых зданий: факторы и критерии, влияющие на имидж Определить, что же является наиболее значимым для имиджа при строительстве нового здания НБ, достаточно сложно, поскольку имеющиеся образцы сильно отличаются друг от друга и по архитектурным стилям, и по концепциям. Однако при всей непохожести архитектурных решений, реализованных в различных странах мира в конце ХХ – начале XXI в., некоторые общие черты все же имеются, и делать акцент только на неповторимости каждого проекта было бы несколько опрометчиво. В качестве наиболее существенных моментов, которые желательно учитывать при строительстве и которые так или иначе будут сказываться на имидже библиотеки, можно назвать следующие. Если есть возможность воздвигнуть новое здание библиотеки и если • сам проект не вызывает резкого неприятия общественности, его обязательно нужно реализовывать, не пытаясь обойтись менее затратными мерами. Всегда следует помнить о том, что «дух старины и учености» не столь и всемогущ, «и как нельзя наливать молодое вино в мехи ветхие, так невозможно вдохнуть 159 новую жизнь в старые здания» [69, с. 5]. Как отмечают некоторые зарубежные специалисты, посетившие многие НБ мира, в этих библиотеках больше всего поражает контраст между новым и старым – в особенности, если новые информационные технологии применяются в исторических интерьерах [358, р. 21]. Другое дело, что возможен и резкий контраст между ультрасовременным комплексом и историческим зданием НБ (как, например, в случае с Королевской библиотекой Дании), но здесь уже ничего поделать нельзя. • Очень важной является образная составляющая архитектуры библиотечного здания. Авторское прочтение архитектуры как нельзя лучше стимулирует интерес общественности [290; 570]. В определенном смысле слова, конкуренция с другими способами проведения досуга и получения знаний строится не столько на удобстве доступа к информации, сколько на качестве среды, в которой происходят соответствующие процессы [98, с. 4]. • Вопрос качества – один из наиболее принципиальных. При этом в данном случае следует говорить именно о качествах, присущих хорошему библиотечному зданию, а не о неких законах и «заповедях» библиотечного строительства, способных ограничить выбор проекта и его непосредственную реализацию. Перечни качеств, приводимые зарубежными специалистами, весьма различны. Один из наиболее логичных и убедительных приводит А. Мак-Дональд [486, р. 14–29]: – функциональность (выполнение библиотекой ее основных функций, удобное расположение, ориентация на пользователей); – приспосабливаемость (возможность менять назначение помещений с минимумом переделок). Следует применять гибкую планировку, при которой служебные помещения можно превратить в читальный зал, выставочный зал – в хранилище и т. д.; – доступность (сюда входит и удобство расположения, и удобные часы работы, и возможность пользования библиотекой людьми с ограниченными физическими возможностями); – разнообразность (разнообразие интерьеров и рабочих мест, учитывающее различные запросы и вкусы пользователей); – содействие коммуникации (создание условий для плодотворного диалога между читателями и персоналом); – способность передавать «ощущение места» и вызывать вдохновение у разных групп пользователей. Серьезнейшей дилеммой в данном случае является планировка центральной лестницы: либо она является заметной и открытой (для ощущения «прозрачности» и лучшего распределения пот творческой лаборатории, в которой каждый может найти себе место по душе) [406, р. 92]. 167 Глава 2. Возможности совершенствования имиджа национальных библиотек 2.1. Маркетинговая ориентация национальных библиотек: основные проблемы При рассмотрении имиджа НБ следует, конечно, уделить внимание основному «инструменту» его совершенствования – маркетинговым мероприятиям. Маркетинговая ориентация НБ – тема новая и весьма актуальная, поскольку исследований на эту тему пока что существует очень мало [544, р. 259–274]. Несмотря на обилие определений маркетинговой ориентации в специальной литературе, библиотековеды разных стран долго не могли прийти к единому мнению о ее сущности и возможностях применения в библиотечной сфере. В 2001 г. ИФЛА подготовила специальное руководство по этому вопросу [481]; в дальнейшем появлялись и другие материалы на эту тему [516, р. 320–337], хотя в основном теоретического плана. В конечном итоге в это понятие были включены: формулировка миссии (так, что- бы были понятны роль и значение НБ для государства и его граждан), сегментация рынка с целью определения приоритетных групп пользователей, маркетинговый план, фирменный стиль и бренд, организация PR, маркетинг в электронной среде (продвижение веб-сайта), мониторинг и оценка потребностей пользователей и их удовлетворения. Четкое определение маркетинговой ориентации выявило, однако, и ряд проблем, стоящих перед крупнейшими библиотеками мира в данном вопросе. Прежде всего, у разных НБ разное отношение к маркетингу. Многие из них вообще предпочитают не упоминать этого термина, поскольку считают, что он относится только к сфере бизнеса. Соответственно, разработка и содержание стратегического плана тоже понимаются по-разному. Это заметно даже по названиям самих документов, в которых нет единообразия: они могут называться «Стратегией развития», «Стратегическим планом», «Стратегическими целями», «Направлениями деятельности на ... гг.» и т. д. Все подобные понятия можно считать синонимами, за исключением «Видения», о котором речь пойдет несколько ниже. Случаются и иные казусы. Так, по данным опроса канадских специалистов, сделанного в 1998 г., 82,5 % библиотекарей разных стран вообще не связывали понятие «маркетинг» с понятием «ориентация на пользователя» [569, р. 48]. 168 Разное отношение к маркетингу мешает выработке общих рекомендаций, подходящих для всех библиотек: одни НБ ведут очень активную работу в этой сфере, другие же по-прежнему ощущают себя в образе «храмов знания», далеких от рынка [540, р. 28–30]. Кроме того, сказывается и разница в определениях, используемых теми или иными НБ: «Те, кто посещают национальные библиотеки, – это читатели, пользователи или клиенты? Выбор терминологии вообще много говорит о том, как национальные библиотеки рассматривают свои роли. И кого же национальные библиотеки должны обслуживать – всех, включая детей, или только взрослых, которые нуждаются в доступе к более серьезной информации?» [440, р. 27; см. об этом также: 427, р. 165]. Различным оказывается как «баланс» между доступом и сохранением книжных сокровищ, так и отношение к отдельным категориям людей: по большому счету, правительство страны, спонсоры и меценаты – это тоже клиенты НБ [540, р. 28]. Можно отметить и тот факт, что успешный маркетинг напрямую не зависит от количества имеющихся у НБ средств: в этом деле гораздо важнее одобрение самого рабочего коллектива, всех отделов библиотеки. Самое главное заключается в том, что бы все сотрудники понимали, что же делает руководство, и могли всегда озвучить свои предложения [495, р. 32] (подробнее об этом см. § 2.4). И, наконец, есть темы, которые библиотеки в большинстве своем предпочитают обходить молчанием. Так, очевидной (хотя и неисследованной) остается проблема соотношения между количеством платных услуг в НБ и размахом маркетинговой деятельности [544, р. 266–268]. 2.2. Внешний имидж 2.2.1. Стратегическое планирование в национальных библиотеках Стратегическое планирование наряду с разработкой общей политики развития организации и определением приоритетов ее деятельности является важнейшей составляющей стратегического менеджмента, который позволяет не только улучшить управление, но и четче определить ряд базовых понятий, включая цель, задачи, миссию и функцию учреждения, ее место и роль в обществе. Стратегическое планирование в НБ прошло долгий и достаточно тернистый путь. Первопроходцем в этом отношении выступила Британская библиотека, ее первый стратегический план назывался «Развиваясь вместе с знаниями» (1985–1990). Затем (всякий раз с опережением плана) после169 довали документы «Врата в знания» (1989–1994), «За ученость, исследования и инновации. Стратегические цели до 2000 г.» (1993–2000) и т. д. вплоть до современности. Вскоре после первого опыта Британской библиотеки были созданы стратегические планы Австралии и Дании. В 1992 г. подобные документы разработали Библиотека Конгресса США, НБ Ирландии и Государственная библиотека ЮАР, в 1995 г. – НБ Нидерландов и НБ Чешской Республики и др. Опрос, проведенный в конце 1992 г. Секцией национальных библиотек ИФЛА, показал, что большинство европейских НБ к этому времени уже имело стратегические планы или собиралось их создать [329, с. 17; см. об этом также: 26, с. 11]. Критика стратегического планирования При всей своей важности стратегическое планирование в НБ постоянно вызывало и вызывает весомые возражения, причем это относится и к 1990-м гг., и к началу XXI в. Если обобщить имеющуюся критику, то можно сформулировать несколько важных моментов. В условиях сокращения государственных ассигнований, расплыв- • чатой формулировки основных функций НБ и неопределенности в отношении приоритетных групп читателей составление долговременных планов представляется почти нереальным делом [26, с. 13; 463, р. 135–137; 535, р. 400–401]. При этом подобные планы очень трудно использовать в качестве «политических рычагов», влияющих на реальное положение НБ. Большинство из них вообще затрудняется сказать, насколько стратегический план помог им отвечать на внешние вызовы [488, р. 48–49]. В современном быстро меняющемся мире пытаться спрогнозиро• будущее – все равно что разглядывать его через магический кристалл [324, с. 43]. При этом можно отметить и тот факт, что в отношении прогнозирования библиотековедение никогда и не было особенно сильно. По мнению некоторых исследователей, полезность исследований по библиотековедению для практиков вообще крайне незначительна: их результаты заранее очевидны, характер материалов в большинстве случаев описательный, едва ли не самым важным считается простой сбор данных, сложные проблемы игнорируются, а создание новых теорий никак не стимулируется [83, с. 83– 84]. Вот типичный пример: в 1991 г. из 72 НБ, опрошенных Г. Корнишем по поводу роли электронных публикаций, их применения в масштабе страны и важности их сбора, только 4 библиотеки (Южной Ко отовлены и изданы два документа – «Генеральный план развития и реконструкции Российской 184 национальной библиотеки до 2015 года» и «Стратегические цели и приоритеты развития Российской национальной библиотеки на 2005–2010 гг.» [72; 283]. Они были весьма обстоятельны и подробны («Генеральный план» насчитывал 207 страниц), однако, как и в случае с РГБ, недостаточно приспособлены к изменениям текущей ситуации. Эти документы неоднократно критиковались в печати как специалистами-библиотековедами (к примеру, А. В. Соколов указывал на отсутствие упоминаний о гуманистической миссии НБ) [269, с. 24], так и независимыми критиками (в данном случае акцент делался на быстрое старение представленных сведений) [116]. Наиболее удачным опять-таки представляется последний утвержденный документ – «Стратегия развития Федерального государственного бюджетного учреждения „Российская национальная библиотека“ на период до 2020 года» [285], созданный на основе анализа стратегических планов многих НБ мира и в то же время выходящий за рамки перечисленных выше подходов к стратегическому планированию в НБ. Данную «Стратегию», при создании которой использовались самые разные методы, можно считать примером нового, комплексного подхода к разработке стратегического плана [161]. С одной стороны, это делает план чрезвычайно содержательным и насыщенным, с другой – довольно-таки сложным для восприятия рядового пользователя. Новаторством выглядит и проект «Концепции развития Российской национальной библиотеки на 2018–2025 гг.» [143]: его можно рассматривать как зарождение нового жанра в перспективном планировании – более основательного, чем «Стратегия», и более четкого, чем «Видение». Положительным моментом можно считать и вынесение данной «Концепции» на широкое общественное обсуждение, что позволило библиотеке учесть целый ряд пожеланий и предложений. 2.2.2. PR-технологии в библиотеках К основным целям PR практически любой библиотеки относятся: Формирование и поддержание положительного внешнего имиджа. • Упорядочение информационных сообщений, связанных с деятель- • ностью библиотеки. Взаимодействие с органами власти, государственными и общест- • венными организациями и частными лицами (для создания известности, лоббирования интересов и поиска новых форм сотрудничества). Фандрейзинг (поиск дополнительных средств на библиотеку). • Изучение общественного мнения о работе библиотеки, устранение • возможных неясностей. 185 В целом мероприятия в области PR направлены не на повышение спроса и книговыдачи, а на установление доверительного отношения общественности к библиотеке (это, собственно, и является одним из важнейших условий формирования позитивного имиджа) [262, с. 120; 424]. Наиболее значимыми формами PR являются массовые мероприятия (участие в крупных государственных акциях, проведение конференций, семинаров, выставок, циклов лекций, литературно-музыкальных вечеров), взаимодействие со СМИ, организация общества друзей, а также издательская продукция библиотеки, включая корпоративное издание. Массовые мероприятия Продвижение книги и чтения Упомянутые выше экономические факторы сказываются не только на самих НБ, но и на их читателях: в современных условиях время оказывается «съеденным» тяжестью быта, и люди думают о том, как выжить и где заработать средства к существованию, а не о том, что нужно посещать библиотеку. Отсюда возникает и другая проблема: все меньше времени остается на чтение в семье, в особенности для детей, а вместо «старомодного» семейного чтения появляются компьютеры и прочие гаджеты, которые его отнюдь не заменяют. Как отмечают зарубежные специалисты, в подобной ситуации чрезвычайно возрастает роль государственных программ по продвижению чтения и центров книги и чтения, и в первую очередь при НБ. Именно НБ за счет своего авторитета должны активно участвовать в подобных программах: читателям надо напоминать не только о необходимости повышения собственного культурного уровня, но и о том, что они должны выделять время на чтение с собственными детьми [81, с. 48; 384; 512]. Одним из наиболее известных и удачных начинаний в данном случае является деятельность нескольких центров при Библиотеке Конгресса, связанных с продвижением книги и чтения. Самый известный из них – Центр книги, организованный в 1977 г. с целью повышения внимания американского народа к книжной культуре (с 1984 г. он координирует работу своих филиалов, созданных во всех 50 штатах США) [236, с. 177–178]. В программу работы этого Центра вошли кампании по пропаганде книг, организованные совместно с национальными телеканалами, тематические симпозиумы, лекции и выставки, а также спонсорство в области издания трудов по проблемам чтения. Наибольшую популярность получил совместный проект Библиотеки Конгресса и телевизионной компании CBS екций и информации для читателей и друзей библиотеки: «NLA News» и «Friends Newsletter» 205 (Австралия), «Folio» и «Quarto : newsletter of the National Library of Scotland» (Шотландия). Конечно же, подобные издания не лишены недостатков, главный из которых – трудоемкость подготовки в условиях ограниченного лимита времени, вынуждающая либо расширять штат, либо выпускать его на чистом энтузиазме. Во всяком случае, ни одна из крупных отечественных библиотек, включая НБ, не может похвастать серьезными успехами в этой области. Так, сборник «РНБ. Информация» много лет выходил с существенными задержками и представлял собой скорее летопись библиотеки, чем издание, содержащее оперативную информацию. Не лучше обстоят дела и в РГБ: современный «Вестник Российской государственной библиотеки», выходящий 10 раз в год, – далеко не первая попытка учреждения корпоративного издания (до него были «Экспресс-новости» (1999), «Новости» (1999–2000) и «Информационный вестник» (2003–2004). 2.3. Профессиональный имидж 2.3.1. Основные проблемы Хотя научно-исследовательская работа (НИР) как одна из функций НБ стала упоминаться в профессиональной литературе едва ли не позднее всех остальных функций (примерно со второй половины 1960-х гг.), ее значение ни в коем случае нельзя недооценивать: чем совершеннее и успешнее библиотека, тем активнее ее исследовательская деятельность, и наоборот. Кроме того, в современном быстроменяющемся мире НБ как главные библиотеки своих стран должны знать, что происходит и чего следует ожидать в будущем, а достичь этого можно только с помощью научных исследований отношение к НИР не всегда бывает од[16, с. 25; 306, с. 11]. В то же время нозначно положительным: оно тесно связано с интернациональными прос проблемой ядра блемами имиджа всего библиотечного дела, в частности профессии и состоянием библиотечной науки. Казалось бы, под ядром можно понимать сотрудников крупнейших библиотек (и прежде всего НБ) и преподавателей учебных заведений, но на самом деле большинство библиотекарей различных стран работает в небольших по штату библиотеках, «распыленных» по различным отраслям науки, ведомствам и организациям, из-за чего профессия библиотекаря и кажется эфемерной и незаметной. Кто в таких условиях должен заниматься НИР и чья же это функция – вопрос, не имеющий однозначного ответа. Во всяком случае, даже в начале 1990-х гг. подавляющее большинство НБ мира все 206 еще не придавало НИР заметного значения. Согласно данным Г. Корниша, разославшего в 1990–1991 гг. анкеты в 120 НБ и получившего ответы из 72 библиотек, только 29 их них «в определенной мере» занимались научными исследованиями (причем 13 ограничивались изучением своих собственных проблем). Еще 20 указали, что сами не ведут НИР, но координируют ее в масштабах страны, а 7 – лишь поддерживают исследования в той или иной форме [537, р. 32]. В сущности, такое положение – один из результатов общего состояния библиотековедения как науки: с одной стороны, оно прошло долгий и трудный путь развития, но с другой – зрелости, присущей другим научным дисциплинам, так и не достигло [557, р. 342]. Впоследствии выходили и другие исследования, затрагивающие вопрос о НИР в НБ и содержащие пусть и более оптимистичные, но все-таки не самые радужные выводы. Так, в исследовании CENL «Исследовательская работа в европейских национальных библиотеках в области сохранения культурного наследия и информационно-коммуникационных технологий» (2006), охватившем 39 НБ Европы, отмечалось, что у этих библиотек нет единства даже в подсчете результатов собственных усилий: одни из них учитывают только исследовательские проекты (research projects), другие фиксируют все выходящие труды, начиная от статей и тезисов и кончая диссертациями. Существенно различался и штат научных сотрудников, причем некоторые НБ (Боснии и Герцеговины, Кипра, Сан-Марино и Мальты) из-за финансовых и организационных ограничений научного персонала вообще не имели [478, р. 16–20]. НИР в НБ в целом неоднородна: есть индивидуальные исследования, касающиеся библиотечного дела в целом или выходящие за его пределы (чаще всего – история книги и библиотек, социология чтения) и исследования институционального характера, направленные на совершенствование дея- тельности самих НБ (роль и пути развития НБ, влияние на деятельность НБ новых информационных технологий, сохранность и консервация фондов и др.). Проблема заключается в том, что в условиях финансовых ограничений научные силы обычно отвлекаются от библиотековедческих исследований на решение повседневных задач, что в стратегической перспективе отрицательно сказывается и на теории и на практике библиотечного дела [491]. Нет единства и в непосредственной организации НИР: в разных НБ она может быть сконцентрирована как в одном отделе, так и в нескольких и даже во многих, и какой же вариант лучше, остается неизвестным [16, с. 34–36]. Примеры структурных подразделений НБ, занимающихся НИР, весьма разнообразны (информация об этих отделах, пусть и ве обслуживанию читателей в стенах самой библиотеки, а также организации МБА [536, р. 86]. 213 2.3.2. Международное сотрудничество Еще одна проблема, связанная с внешним профессиональным имиджем, – это международное сотрудничество. На него влияют многие действия, осуществляемые той или иной НБ: ведение национального сводного каталога и его общее состояние, участие в международном межбиблиотечном обмене, членство в международных профессиональных объединениях и ассоциациях и т. д. Как и в случае с НИР, международное сотрудничество долгое время (примерно до начала 1970-х гг.) вообще не считалось необходимой для НБ функцией. Сомнения по этому поводу, вызванные или определяемые скептицизмом отдельных руководителей, профессиональными стереотипами, языковыми барьерами, политическими факторами и многими другими причинами, возникали и в последующие десятилетия. Как отмечают некоторые зарубежные исследователи, «с недавнего времени некоторые из названных причин начали смягчаться или устраняться, но основные все еще остаются. Хотя в историческом плане роль НБ не содержала международной ответственности, современные технологии не только способны изменить это отношение, но уже сейчас служат катализатором изменений» [286, с. 200]. К числу главных международных объединений НБ относятся Секция НБ ИФЛА и Конференции директоров НБ, в том числе всемирная и несколько региональных. Секция НБ ИФЛА рассматривает как общие проблемы развития НБ, так и ряд частных вопросов: свободу информации, использование новых информационных технологий и облегчение поиска информации. Ее миссия состоит в поддержке роли НБ в обществе как хранительниц национального интеллектуального наследия и обеспечении организации и сохранения национальных публикаций на всех носителях и доступа к ним. Сама секция используется как форум для обмена опытом и изучения практики решения проблем НБ, получения сравнительных оценок деятельности этих библиотек, улучшения навыков менеджмента, разработки стандартов в области библиотечного дела и др. [22, с. 73–74]. Конференция директоров НБ С Секцией НБ сотрудничает (Conference of Directors of National Libraries (CDNL)) – независимая ассоциация руководителей НБ, образованная в 1974 г. на 40-й сессии ИФЛА в Вашингтоне в целях обеспечения взаимодействия, взаимопонимания и кооперации в вопросах, представляющих общий интерес, а также содействия развитию НБ во всем мире. В настоящее время в ее составе более 100 членов. Среди вопросов, рассматриваемых этой Конференцией, – роль НБ в электронном 214 веке, проблемы развития цифровых коллекций, сохранение фондов, оценка уровня использования НБ, проблемы интеллектуальной собственности, ко операция и партнерство между библиотеками [15, с. 524]. Изучение проблем обычно завершается принятием резолюций, рекомендаций, подготовкой руководств, разработкой проектов модельных законов, а также публикацией результатов различных исследований. Необходимость укрепления сотрудничества НБ отдельных регионов привела к созданию региональных конференций и ассоциаций НБ: Европы (The Conference of European National Librarians (CENL)), Латинской Америки (Asociación de Bibliotecas Nacionales de Iberoamerica (ABINIA)), Азии и Океании (The Conference of Directors of National Libraries of Asia and Oceania (CDNLAO). CENL, созданная в 1986 г., – самая активная и многочисленная из всех региональных конференций. Ее главная цель состоит в расширении роли НБ в странах Европы, особенно в отношении сохранения национального культурного наследия и доступа к знаниям. Причиной создания ABINIA в 1989 г. послужило осознание того факта, что страны иберо-американского региона представляют единое сообщество, пользующееся двумя родственными языками, испанским и португальским, и, следовательно, имеющее общие интересы в деле защиты своего культурного наследия [252, с. 25]. В ее составе – НБ латиноамериканских стран, а также Испании и Португалии. В своем регионе ABINIA (с 1999 г. – Ассоциация иберо-американских стран для развития национальных библиотек) является одной из самых стабильных и пользующихся авторитетом общественных организаций [484, р. 129–130]. CDNLAO, в свою очередь, ставит своей целью обмен опытом и развитие кооперации НБ региона. В пределах бывшего СССР аналогом упомянутых конференций является Библиотечная ассамблея Евразии (БАЕ), учрежденная в 1992 г. в Москве. В связи с укреплением позиций НБ в субъектах СНГ в 2003 г. зарегистрирована новая организация – некоммерческое партнерство БАЕ, учредителями которого стали НБ России (РГБ, РНБ), Азербайджана, Белоруссии, Киргизии, Казахстана, Молдавии, Украины, позднее в него вошли НБ Казахстана, Армении, Таджикистана и Узбекистана. Главная цель БАЕ состоит в сохранении и развитии общего библиотечно-информационного пространства, обеспечении доступности библиотечных фондов, баз данных и электронных каталогов [202, с. 171]. Помимо объединений, включающих в свой сост его среднего уровня, достичь определенного сходства в перечнях их функций и предоставляе217 мых услуг. Насколько это возможно в свете того, что из себя представляют НБ, – вопрос крайне сложный и, по-видимому, не имеющий однозначного *. решения 2.4. Внутренний имидж 2.4.1. Управление библиотекой Существует несколько моделей управления НБ, главными из которых являются иерархическая (бюрократическая), построенная на иерархии и субординации (руководитель держит дистанцию по отношению к коллективу и берет на себя всю полноту власти), демократическая (руководитель делит власть между собой и подчиненными и стремится контролировать только конечный результат) и либеральная, при которой решения принимаются на основе коллективных знаний [25, с. 87]. Если посмотреть на проблему в историческом аспекте, то вплоть до 1960–1970-х гг. управление НБ было преимущественно централизованным и во многом копировало ту систему, которая была характерна для промышленных предприятий (с разделением труда, жесткой регламентацией процессов, строгой дисциплиной и т. п.). Однако постепенно стало ясно, что излишняя централизация приводит к снижению производительности труда, подавлению инициативы, ослаблению связей между отделами и демотивации сотрудников. Соответственно, начался процесс децентрализации – отделы становились все более автономными, вмешательство директоров в их деятельность было минимальным. Помимо набирающих силу демократической и либеральной моделей, стали предлагаться и некоторые другие, в том числе функциональная (по направлениям деятельности, что позволяет сократить дублирование процессов, облегчить обучение и лучше использовать имеющиеся кадры), целевая (по принципу общего продукта, пользователя, местоположения или конкретного проекта) и матричная (промежуточная форма между функциональной и целевой моделями, обеспечивающая и координацию процессов, и грамотное использование кадров, поскольку все полномочия по реализации каждого конкретного проекта сосредоточены в руках одного лица). Со временем, однако, оказалось, что все эти модели имеют существенные недостатки. * Разрыв между возможностями НБ наиболее богатых и наиболее бедных стран действительно очень велик. На одном полюсе находятся Северная Америка, многие страны Европейского Союза, Израиль, Япония, Южная Корея, ЮАР, Австралия и Новая Зеландия, на другом – некоторые страны Азии и бóльшая часть Африки [60, с. 306–307]. 218 Слабым местом функциональной модели являются отсутствие взаимопонимания и конфликты между отделами библиотеки, целевая страдает от необходимости дублирования специалистов и оборудования в каждом под разделении, а матричная ослабляет роль директора (он отвечает главным образом за планирование и финансирование, но не вникает в суть отдельных проектов) и в определенной степени дезориентирует сотрудников (поскольку при такой системе их можно перебрасывать с одного проекта на другой) [21, с. 328–329]. Что же касается демократической и либеральной моделей, то у них тоже обнаружились ограничения, главнейшим из которых является то, что «делегированные полномочия» все же не должны заменять индивидуальную ответственность руководителя [421, р. 81]. Наличие при многих НБ мира Правления или Совета, состоящего из 10–12 человек (представители министерств, научных и издательских обществ и др.) тоже нельзя назвать бесспорным решением: на согласование прав и обязанностей директора и членов Совета уходит много времени [22, с. 67], а имидж главного руководителя должен быть прост и нагляден. На рубеже ХХI в. появилась тенденция возврата к централизации управления. Основная причина подобных колебаний в стиле руководства заключается в том, что большинство НБ структурированы в соответствии с функциями и выполняемыми процессами, а не целями своей деятельности. При этом попытки учитывать и функции, и виды услуг, и процессы не приносят существенно результата: они слишком трудозатратны, и «в результате обычно побеждают процессы, так как их нужно выполнять ежедневно и непрерывно» [21, с. 8]. Что же касается неиерархических структур, то они могут быть эффективными в том случае, когда выполняются отдельные проекты, в которых принимают участие сотрудники разных отделов. Впрочем, здесь многое зависит не только от управления, но и от того, какой психологический климат сложился в НБ и какова в ней организационная культура [21, с. 8]. В целом ни один из перечисленных стилей руководства не является идеальным – «универсального менеджмента», способного обеспечить решение всех насущных задач и при этом не задеть чьи-то интересы, не существует. Можно даже сказать, что важны не столько «мягкость» или «жесткость» управленческих действий, сколько их последовательность и предсказуемость [5, с. 70]. Помимо выбора стиля управления, следует упомянуть и другую, может быть, даже более болезненную проблему – роль личности директора. Этот фактор применительно к НБ является едва ли не самым инимать решения, делать ошибки и изучать новые направления? ˂...˃ Короче говоря, мы помо221 гаем им понять, каково это – быть успешным лидером? Если ничего этого нет, наша профессия не имеет никакого будущего» [581, р. 18]. Помимо личных и деловых качеств директора и стиля руководства, можно упомянуть и еще одну проблему, не имеющую однозначного решения и вызывающую разногласия среди библиотечных специалистов разных стран. Связана она со степенью воздействия проводимых инноваций на организационную структуру библиотеки. С одной стороны, большинство реорганизаций не приводит к ярко выраженным положительным результатам, поскольку они, как уже отмечалось, обусловливаются целями экономии или же ограничиваются отдельными изменениями в подразделениях. С другой, выражаются мнения, что реформировать сложившуюся структуру следует только в случае крайней необходимости, а лучше всего ее вообще не менять, ограничиваясь текущими дополнениями [21, с. 331]. Как показывает зарубежный опыт, при реструктуризации НБ все же можно обнаружить черты, характерные для многих библиотек [20, с. 131–132]: • Серьезные изменения обычно следует за принятием очередного стратегического плана развития НБ. • Изменения оргструктуры проводятся на основе плана совершенствования управления, который предусматривает конкретные задачи и график их выполнения. • Перед реструктуризацией практикуется широкое обсуждение предстоящих изменений с сотрудниками НБ, привлечение внешних экспертов. • Перемены в оргструктуре обычно направлены на ее упрощение и укрупнение подразделений. • Коррективы могут вноситься в оргструктуру в связи с возникновением у НБ новых задач или изменением прежних (в настоящее время это чаще всего связано с подразделениями, занимающимися электронными ресурсами). 2.4.2. Психологический климат Социально-психологический климат в любой организации, в том числе НБ, – это состояние коллектива, результат совместной деятельности людей, их межличностных отношений. Он складывается из удовлетворения системой управления, межличностными взаимоотношениями и оценки условий работы. Причины ухудшения психологического климата в НБ в принципе те же, что и в большинстве других библиотек. Среди наиболее очевидных угроз, которых следует избегать всеми силами, можно отметить следующие. 222 1. У сотрудников по тем или иным причинам пропадает уверенность в правильности и осмысленности совершаемых ими действий [174, с. 25]. Высокий моральный настрой трудно сохранить в том случае, если человек чувствует себя лишь «винтиком» корпоративного механизма. По мнению некоторых исследователей, крупную библиотеку, а уж тем более НБ, никак нельзя уподоблять машине, из которой приставленный к ней инженер стремится выжать максимально возможный КПД (который, впрочем, уже и так известен заранее): НБ скорее похожа на обширный сад, требующий внимательного и заботливого садовника [545, р. 171]. Одно из основных правил корпоративного имиджа гласит, что в любой организации (если только это не секретный объект) необходима максимальная «прозрачность», и решения об изменениях в работе должны приниматься с обязательным учетом пожеланий сотрудников [140, с. 45]. Немаловажное значение в данном случае имеет и то, каким способом, с какой скоростью и в какой форме сотрудники получают информацию от руководства: по этим показателям они оценивают, как к ним относится начальник и какова их реальная значимость. Дефицит информации существенно снижает заинтересованность сотрудников и способствует распространению слухов, проистекающих как изнутри, так и извне организации. В этом отношении необходима продуманная, оперативная и логичная система информирования – начиная от объявлений и информационных бюллетеней и кончая электронными письмами и сообщениями на сайте библиотеки. При этом необходимо помнить, что целью всех мероприятий является культура информирования, а не создание информационной бюрократии. 2. Не менее, чем информирование «сверху», необходима и возможность обратной связи: если нет уверенности в ее действенности и оперативности, моральных дух неизбежно падает. Соответственно, любой сотрудник должен иметь возможность в любой день зайти к директору без предварительного согласования. Вполне уместным является и создание «банка идей» на манер почтового ящика, куда каждый библиотекарь мог бы опустить свои предложения. 3. Одна из основных причин ухудшения психологического климата, напрямую ведущая к увольнениям с работы, – это отсутствие возможностей служебного роста и положительной оценки со стороны руководства [88, с. 111–112]. В условиях более или менее завуалированного сокращения штатов, к которому вынуждены прибегать многие НБ, это обстоятельство приобретает еще большее значение. В данном случае следует отметить тот факт, что работников, которых ценит руководство, будут цен не осваивать новые информационные технологии и просто вышли на пенсию [19, с. 54; 492]. 224 Среди возможных мер по смягчению последствий техностресса можно назвать заблаговременное информирование о планируемых переменах, поэтапное и постепенное внедрение технических новшеств, подготовку специальных руководств и/или информационных бюллетеней, проведение дискуссий о необходимости тех или иных нововведений и даже постепенное обеспечение наиболее значимых сотрудников «казенными» компьютерами и ноутбуками с правом работы на дому и возможностью выхода на сайт библиотеки и в Интернет [21, с. 342]. 2.4.3. Организационная культура Становление организационной культуры – процесс длительный и сложный, зависящий от большого количества как внешних, так и внутренних факторов. Одной из наиболее серьезных преград является отсутствие четкого определения данного понятия. Нельзя исключать, что дать его вообще невозможно в силу того, что оно имеет межотраслевое значение и применимо практически к любому учреждению [257, л. 12–21]. Нет ясности и в том, поддается ли организационная культура корректировке и управлению или же это нечто стихийное и иррациональное. Подобная неопределенность во многом связана с тем, что организационная культура – это феномен, находящийся «на стыке» внешнего (оформление помещений, культура обслуживания и др.), внутреннего (отношения в коллективе) и даже «независимого» имиджа (поведение сотрудников вне работы). Общие признаки, характеризующие организационную культуру, едины для большинства организаций и сводятся к следующим положениям. Осознание работником своего места в организации (одни учре- • ждения ценят сокрытие работником своих настроений, другие поощряют их внешнее проявление, в одних случаях ценится сотрудничество, в других – индивидуализм). Особенности коммуникационной системы и языка общения (про- • цесс распространения информации в организации, наличие жаргона и аббревиатур). Внешний вид и одежда сотрудников (разнообразие униформ и спе• деловых стилей, а также опрятность). Привычки и традиции в области питания (организация питания ра• дотации на питание, его периодичность и продолжительность). Использование рабочего времени и отношение к нему сотрудников. • Взаимоотношения между людьми (по возрасту, полу, статусу, долж- • ности и т. п.). 225 • Набор моральных ориентиров, принятых в организации. • Наличие веры во что-либо (в руководство, в успех, в свои силы, во взаимопомощь, в справедливость), отношение к коллегам и посетителям. • Непосредственное отношение сотрудников к своему делу (бездумное или осознанное выполнение работы, логичность или алогичность действий). • Трудовая этика и мотивирование (ответственность за работу, чистота рабочего места, качество работы, механизм вознаграждения и др.) [173, с. 69]. Применительно к НБ следует подчеркнуть, что сложившиеся в них обычаи и ценности очень устойчивы и плохо поддаются переменам. В определенном смысле НБ действительно оправдывают стереотип о наиболее консервативных библиотеках из всех существующих, что определяется несколькими факторами. • Если в стране имеются несколько НБ, то они обычно стремятся быть максимально непохожими друг на друга [327, с. 338–349]. • Если в НБ наличествует то, что называется научной школой в области библиотековедения и библиографии, то выйти за ее пределы или даже просто предложить что-то новое достаточно сложно, поскольку это может противоречить сложившимся традициям и этическим принципам. • Если НБ имеет длительную историю, то у нее есть устоявшееся представление об успехах и недостатках, «героях» и «злодеях», что затрудняет попытки взглянуть на ее историю и современное состояние в новом аспекте. • По крайней мере в некоторых НБ присутствует тенденция к малоэффективной перестановке кадров на уровне рядовых работников, а сами сотрудники зачастую считают ответственными исключительно менеджеров [19, с. 54]. Основные причины этого – иерархичность управления и отсутствие четких критериев для поощрения или наказания. Этим библиотекам (как, впрочем, и университетским) не хватает гибкости: им трудно использовать свой штат без стереотипов, касающихся того, как же должны быть организованы рабочие места, в каком количестве и с какими именно работниками [474, р. 23–24]. • В НБ всегда заметно противостояние между старшими и молодыми сотрудниками: «Если обе группы стремятся к взаимопониманию и хотят учиться друг у друга, то различия в опыте и знаниях могут стать источником плодотворных идей и интересных нововведений в библиотеке: быстрее и успешнее осуществляется компьютеризация и вне езаменимости в настоящем, и построение долговременных стратегических планов на будущее. 227 6. Хорошо видимое отличие НБ от других библиотек страны. Именно организационная культура содействует проявлению основных характеристик имиджа: узнаванию и идентификации библиотеки обществом, возникновению устойчивого образа и формированию репутации. В целом можно сказать, что наличие сложившейся организационной культуры очень многое облегчает в непосредственной работе библиотеки. В особенности это касается проблемы преемственности поколений и передачи накопленных знаний и опыта, которая становится все более актуальной в связи с дефицитом библиотечных кадров и их постепенным старением. Осуществить такую передачу без развитой организационной культуры крайне сложно, поскольку трудно определиться и с формой передачи знаний (индивидуальной или коллективной), и с наставничеством (которое само по себе трудоемко), и с конкретными людьми, участвующими в тех или иных работах (включая привлечение пенсионеров) [22, с. 73; 201, с. 157–158]. Наиболее характерный признак наличия проблем в организационной культуре – обилие людей, с обидой меняющих место работы и оставляющих после себя чистый стол и пустой компьютер. 2.5. Имидж национальных библиотек в электронной среде 2.5.1. Сайт национальной библиотеки как средство создания ее имиджа Интернет – весьма действенное средство для улучшения представления общественности о возможностях библиотек, и первое, на чем следует остановиться в данном случае – это особенности организации, оформления и наполнения сайта НБ. Веб-сайт библиотеки «...формирует пространственно-временной континуум культуры, четко определяя в нем место библиотеки, адекватно создавая ее образ» [171, с. 7; см. об этом также: 288]. Значение веб-сайта состоит прежде всего в том, что с его помощью можно обеспечить непрерывный информационный поток – от новостей и рекламы до деловых предложений, исходящих как от библиотеки, так и от потребителей информации. При этом эффективно работающий сайт формирует позитивное представление о библиотеке не только у пользователей, но и у сотрудников [219, с. 139]. Кроме того, виртуальная часть библиотечного пространства не в меньшей, а иногда даже в большей степени, чем реальное здание, позволяет воссоздать символический образ библиотеки – хранительницы исторической памяти, культурного кода нации (реальные экскурсии по библиотеке всегда протяженнее 228 виртуальных, а «бумажные» путеводители не всегда дают пользователю возможность самому выбирать, на что обращать внимание). Следует, однако, подчеркнуть и главную сложность, возникающую при попытке выработки рекомендаций в данной области: проблеме совершенствования имиджа библиотек при помощи ее сайта посвящено множество и отечественных, и зарубежных публикаций, но большинство из них носит общий характер и не соотносится с конкретными типами библиотек. Поэтому наиболее рациональным представляется следование общей схеме, но с соответствующими дополнениями, имеющими важное значение непосредственно для НБ. В целом при работе с сайтом следует учитывать три вопроса, в равной степени важных для восприятия библиотеки и в конечном счете – для ее имиджа: известность сайта, его оформление и содержание. Известность сайта определяется мероприятиями, направленными на оповещение максимально возможного числа пользователей Интернета о его существовании (промоушен или продвижение сайта). К общепринятым методам продвижения сайта относятся: • Регистрация в поисковых системах и каталогах (справочниках, рубрикаторах) ресурсов, которые являются основными средствами навигации в Интернете. Наиболее популярными поисковыми системами, где можно зарегистрировать свой сайт, являются Google (из российских – Yandex и Rambler); из каталогов ресурсов следует упомянуть Open Directory и Yahoo! • Баннерная реклама, которая производится с помощью служб обмена баннерами, обеспечивающими показ баннеров библиотек на других страницах взамен на показ на страницах библиотеки чужих баннеров. Значение подобной рекламы заключается не столько в привлечении на сайт новых пользователей (обычно их число не превышает 1 % от числа всех увидевших рекламу), сколько в создании имиджа: «У людей, видевших баннер, откладывается впечатление о рекламируемом сервере, и начинает формироваться отношение – позитивное или негативное, в зависимости от баннера и характера рекламируемого сайта» [278]. • Размещение ссылок на серверах аналогичной тематики. Применительно к НБ это серверы библиотечных ассоциаций и крупнейших библиотек. • Участие в конференциях и тематических форумах, которые могут быть как библиотечными, так и небиблиотечными. Библиотекарь может высказывать свое мнение в различных обсуждениях, и тем самым способствовать известности своей библиотеки. В целом, ч асслаиваться»: отношение к сайту может быть иным, чем отношение к традиционным услугам. 236 • Формируя виртуальный образ библиотеки в Интернете, очень важно предвидеть тенденции развития как традиционных, так и электронных библиотек [105, с. 275]. Противоречивые взгляды на их будущее – это, пожалуй, один из главных барьеров, мешающих эффективно использовать сайт библиотеки для улучшения ее имиджа. В зарубежных публикациях можно даже обнаружить мнение, что сайты НБ – едва ли не самое наглядное воплощение тех преимуществ и недостатков, которые имеет электронная среда: нельзя исключать, что именно они отражают философию всего Интернета [522, р. 51]. Так или иначе, но увлекаться оцифровкой коллекций нельзя ни в ущерб традиционному обслуживанию, ни в ущерб запросам читателей, ни в ущерб всей прочей информации, размещенной на сайте библиотеки. «И не столкнемся ли мы снова с одной из старых проблем национальных библиотек, которые, думая о пользователе будущего, забывают о читателе нынешнем?» [522, р. 57]. 2.5.2. Сайты национальных библиотек мира: общее и особенное Подавляющее большинство НБ мира имеет свои сайты в Интернете, отличающиеся друг от друга уровнем информационного сервиса, содержанием отдельных страниц, доступностью основной информации, функциональностью и дизайном. Хотя количество концепций, положенных в основу организации подобных сайтов, довольно велико, все же можно сказать, что существует определенная схема организации электронных страниц. На первом странице сайта в большинстве случаев представлена основная информация о НБ: сведения об адресе, часах работы, структуре библиотеки, о порядке доступа пользователей к ее фондам, основных услугах (включая виртуальные). Начиная с первой страницы обычно делаются ссылки на стратегию развития НБ, электронные ресурсы, и в первую очередь – электронные каталоги, базы данных, выставки и национальную электронную библиотеку (или хотя бы отдельные цифровые коллекции). Достаточно значимой информацией, представляемой на сайте НБ, являются сведения о предоставляемых услугах (в том числе сведения о виртуальной справочной службе). Кроме того, НБ в последнее время стали сообщать об услугах, напрямую не связанных с их работой, включая информацию о возможности организации экспозиций и проведения конференций в их помещениях. Что же в опыте организации сайтов различных НБ представляется наиболее важным и ценным с точки зрения имиджа? В данном случае можно 237 перечислить ряд моментов, влияющих на восприятие пользователем сайта НБ и самой библиотеки [119, с. 82–92]. • Поскольку многие НБ занимают несколько зданий, то представляется важным, чтобы на сайте были представлены сведения обо всех строениях и всех организациях, имеющих отношение к НБ (как в случае с сайтом Немецкой национальной библиотеки). При этом, чем полнее данные о библиотеке, тем лучше (вплоть до размещения карты города, как это сделано на странице НБ Португалии). Если НБ недавно получила новое здание, то уместной будет его цифровая модель, при помощи которой любой пользователь может рассмотреть весь комплекс помещений (типичный пример – новое здание Британской библиотеки в Сент-Панкрасе). Положительным опытом можно считать и подготовку развернутого пакета информации для читателей, впервые собравшихся посетить НБ. В данном случае примером может служить НБ Австрии. • Не менее важен «новостной блок»: чем больше узнает пользователь о происходящих в НБ событиях, тем точнее и полнее ее образ. Многие НБ готовят материалы о событиях культурной жизни, которые проходят в ее помещениях, о курсах, конференциях и семинарах, реализованных программах и проектах, выставочной и издательской деятельности. • Ответственность НБ за развитие национальной библиотечно-информационной политики ведет к тому, что их сайты становятся своеобразным форумом для библиотечного сообщества. Как правило, это информация о стратегическом планировании развития библиотечной сферы (Великобритания, Германия, Польша), о национальных и международных информационных проектах (Чешская Республика), об инновациях в библиотечном деле (Словакия). • Поскольку самой важной чертой электронного информационного сервиса является его актуальность, очень существенной представляется обратная связь с пользователями. Читатели библиотеки в любом случае должны иметь возможность высказать свое мнение о содержании и оформлении электронных страниц НБ. Примером может служить Национальная библиотека Нидерландов. • Позитивным моментом, свидетельствующим о широкой доступности информации, представленной на сайте НБ, является забота о пользователях, не знающих языка конкретной страны. Так, например, основная информация о Шведской королевской библиотеке представлена на 6 языках: английском, финском, немецком, испанском, французском и русском. В то же время в практике организации сайтов р ржание, оригинальность, эффективность и др.) первое место вполне предсказуемо заняла НБ 247 Сингапура, последнее – НБ Бангладеш. Главную роль при восприятии сайта, по мнению данных авторов, играет его универсальность. Все его основные элементы – от графики и дизайна до непосредственного содержания – должны привлекать как можно более широкую аудиторию, а также людей с ограниченными возможностями и иностранных пользователей (при условии наличия многоязычных версий сайта). Была отмечена и необходимость увеличения скорости загрузки и своевременного обновления сайта, равно как и создания простой и понятной навигации. Особо подчеркивалось одно из главных требований к содержанию: на сайте обязательно должны быть обозначены миссия, цель и задачи НБ. В целом наполнение сайта НБ можно назвать чрезвычайно ответственным процессом, важным для имиджа всей библиотеки в целом: «Наихудшая ошибка, какую только могут сделать библиотеки, равно как и любые другие организации, – это завести себе сайт и не заботиться о нем» [522, р. 52]. В работе над сайтом оказывается важной любая деталь, начиная от цветовой гаммы и кончая количеством ссылок и содержанием размещенных в электронной среде материалов. Виртуальная среда, создавая ощущение простоты и быстроты, часто провоцирует ошибки, сказывающиеся на репутации и восприятии всей библиотеки [485, р. 18–19]. По возможности, любые изменения и дополнения на сайте должны проходить коллегиальное обсуждение и выноситься на суд пользователей. 2.5.3. Национальные библиотеки на пути к цифровому будущему Вполне понятно, что чем чаще обращаются пользователи к сайтам НБ, тем больше их известность. Однако отдельно взятая НБ не может удовлетворить запросы всех пользователей, а тем более – дать представление о работе аналогичных библиотек в других странах. Без этого представления достаточно сложно говорить о создании обобщающего образа этих учреждений, равно как и о том, что же именно они могут предложить своим читателям, в чем же заключается их неповторимость и индивидуальность, а в чем – сходство функций, целей и задач. Деятельность НБ по созданию коллекций электронных материалов в целом проходит через четыре основных этапа: а) организация электронной коллекции на базе отдельно взятой НБ (как путем оцифровки ее фондов, так и покупки и обмена с другими учреждениями); 248 б) создание национальной цифровой библиотеки в масштабе государства, в котором участвует не только НБ, но и другие крупнейшие книгохранилища страны; в) появление крупных электронных библиотек в Интернете в результате международных проектов, осуществленных НБ нескольких или многих стран; г) возникновение идеи единой мировой электронной библиотеки с равным участием различных НБ. Первый этап, который к настоящему времени стал реальностью для значительной части НБ, оказался едва ли не самым сложным. При всех успехах, достигнутых библиотеками различных стран, на пути развития электронных библиотек до сих пор возникают существенные проблемы понятийного, логистического, технического, юридического и имиджевого характера. Наиболее заметные из них можно свести к следующему. В специальной литературе есть множество определений того, что же такое «электронная библиотека» или «цифровая библиотека», но общепризнанного понятия все же нет, что, конечно, влияет и на восприятие данного феномена как специалистами, так и пользователями. В большинстве случаев под электронной библиотекой понимаются «...одна или более услуг, которые предоставляются на основе цифровых, компьютерных и сетевых технологий и повторяют или копируют функцию или услугу, традиционно связанную с библиотекой» [563, р. 884; см. об этом также: 356, р. 227–243]. В таком определении, однако, не учтены четыре момента: а) кто является создателем электронной библиотеки и какие цели при этом преследуются; б) каковы способы ее формирования (у полнотекстовых библиотек частных лиц, обществ или организаций, которые существуют в Интернете, они иные, чем у НБ и других государственных книгохранилищ); в) чем отличаются цифровые технологии от компьютерных и сетевых и какая же технология позволяет считать электронную библиотеку именно таковой; г) в чем же отличие традиционных библиотек от электронных. Следует отметить и то обстоятельство, что электронная среда в определенной степени исказила само понятие библиотеки: в ряде случаев в Интернете этот термин используется для обозначения каталога товаров или перечня услуг. При максимальном же обобщении получается нечто расплывчатое: под электронной библиотекой вполне можно понимать любую тематическую подборку файлов, к которой организован локальный или удаленный доступ. Достаточно ярким примером может с и театром [151, с. 4; 545, р. 173]. Соответственно, нет уверенности и в том, сохранятся 271 ли НБ как самостоятельные единицы или же в обозримом будущем возникнут организации, объединяющие национальные библиотеки, архивы и другие родственные учреждения [19, с. 6]. Сказанное выше не означает, однако, что традиционные библиотеки пребывают в полной растерянности относительно своего будущего. Данные, полученные в результате исследования, проведенного в начале XXI в. Советом библиотечных и информационных ресурсов и Федерацией цифровых библиотек США, свидетельствуют о том, что хотя традиционные библиотеки и теряют читателей, нет однозначных свидетельств, что уважение к ним со стороны общества начинает падать [479, р. 276–279]. Другое дело, что каждая НБ должна иметь четко разработанную стратегию оцифровки, для чего нелишними будут отдельные исследования, посвященные этому вопросу [21, с. 38]. Оцифровка сама по себе не означает немедленного закрытия библиотек – оцифрованные копии все-таки будут привлекать определенное внимание к оригиналам, а часть материалов в силу законодательных и / или коммерческих причин будет предоставляться бесплатно только в традиционных библиотеках. Кроме того, эти учреждения останутся связующим звеном между населением и национальными и международными базами данных – сам масштаб этого предприятия таков, что помочь здесь могут только государственные библиотеки [545, р. 172]. Впрочем, идеализировать ситуацию тоже не следует. По мнению некоторых исследователей, все НБ мира нуждаются в выработке принципиально новой парадигмы, причем «соответствующая дискуссия обязательно должна выйти за рамки находящихся на виду стратегий, таких как массовая оцифровка фондов и веб-архивирование, – стратегий, которые в лучшем случае представляют собой арьергард событий и возможных действий. <…> Ставка очень велика – на кону целостность жизненно важной информации и доказательства полезности национальных библиотек для нации и мира» [545, р. 172; см. об этом также: 427, р. 167, 174]. 2.5.4. Феномен блоггерства: нужны ли блоги национальным библиотекам? Блоггерство как отдельное (и необходимое для библиотекарей) понятие в библиотековедческой литературе стало упоминаться с 2001 г., хотя сам феномен, конечно, появился значительно раньше [434, р. 1]. В XXI в. возник даже новый термин – blogarian, т. е. библиотекарь, занимающийся ведением блога. Постепенно расширялось и понимание термина «блог»: в настоящее 272 время под ним может пониматься и дневник, и информационная служба, и ряд взаимосвязанных книжных обзоров, и сообщения о деятельности по какому-либо проекту [434, р. 8]. Сегодня многие библиотеки, в том числе и НБ, усиливают свою «экспансию» в электронную среду посредством увеличения групп и форумов в социальных сетях, а также количества библиотечных блогов. По содержанию блоги НБ (как, впрочем, и блоги любых других крупных библиотек) отличаются невероятным разнообразием. Среди наиболее часто встречающихся тем для обсуждения можно отметить следующие: а) заметки об истории библиотеки, библиотечных процессах (от комплектования и каталогизации до консервации и реставрации и учета фондов), имеющихся отделах, коллекциях и отдельных изданиях; б) текущие библиотечные новости общего характера; в) комментарии к культурно-просветительным мероприятиям (выставкам, лекциям и т. п.); г) продвижение и популяризация чтения, рецензии на книги, обсуждения отдельных изданий и т. п. (нередко в виде литературного клуба); д) рассказы об отдельных библиотекарях и их пути в профессию; е) ответы на вопросы удаленных пользователей о библиотеке (своеобразный аналог виртуальной справочной службы); ж) фандрейзинг. Подробное сопоставление блогов различных НБ (начиная от их количества и кончая затрагиваемыми вопросами и характером представления материала) – тема для отдельного исследования (его целесообразность, кстати, не столь и очевидна: зарубежные исследования показывают, что имеющийся опыт ведения библиотечных блогов уникален и не может «переноситься» с одной библиотеки на другую [434, р. 49–50]). В данном случае представляется уместным остановиться только на самом общем вопросе: полезности блогов для деятельности библиотеки. Современная ситуация в целом такова, что позволяет говорить о развитии библиотечной блогосферы как самостоятельного пространства. Преимуществ у подобной формы коммуникации действительно много: это и неформальный подход к предоставлению информации, и удобный доступ к архиву (все сообщения идут в обратном хронологическом порядке), и легкость поиска блогов через поисковые системы Интернета, и быстрота распространения информации, превосходящая обычные СМИ. Однако насколько хороши блоги применительно к улучшению представлений о дея- тельности библиотек, однозначно ответить сложно. При рассмотрении данного вопроса прежде всего надо отметить тот факт, что ведение блога – это не столько дань моде, сколько вынужденная мера. Как отмечают некоторые зарубежные исследователи, госу я часть остального Интернета выглядит едва ли не сборищем анархистов [517, р. 214–215]. 277 Глава 3. Имидж национальных библиотек в контексте социологических исследований 3.1. История вопроса Главной функцией НБ является функция хранения национального документального наследия, но подобная аксиома имеет неожиданное следствие: НБ как тип библиотек зачастую оказываются консервативнее, чем любые другие библиотеки. Наиболее хорошо это видно именно в сфере изучения запросов читателей и отношения общества к деятельности НБ: на протяжении большей части их истории маркетинговые исследования в них не производились. Но как же такое могло случиться, если речь идет о самой значимой библиотеке в государстве? Причину подобного парадокса можно объяснить следующим образом. Во-первых, здесь сказалось представление, что читательской аудиторией НБ является вся нация, причем не только нынешнее, но и будущие поколения, для которых и сберегается национальное документальное наследие. Даже если сегодня широкие слои населения не проявляют интереса к хранящимся в библиотеке материалам, потенциально именно они являются потребителями национального достояния. Соответственно, количество читателей, равно как и посещений, для НБ не выглядит чем-то принципиально важным. Во-вторых, наиболее авторитетная читательская аудитория НБ – исследователи со всего мира, обращающиеся в нее как в «последнюю инстанцию». Их круг интересов представляется достаточно стабильным и не требующим какого-либо специального изучения. В-третьих, НБ сами по себе немногочисленны, и результаты исследований их деятельности трудно интерпретировать: спрос в этих библиотеках нельзя назвать типичным. То же самое касается и общей оценки их деятельности. В конечном итоге маркетинговые исследования в НБ стали появляться только в конце ХХ в., причем это было вызвано не столько желанием самих библиотек, сколько существенными переменами во внешней среде. Прежде всего, сказались финансовые трудности: в 1980-е гг. учреждения культуры, в том числе библиотеки, стали объектом пристального изучения с точки зрения соответствия поступающих средств качеству предоставляемых услуг. Вполне понятно, что одним из инструментов определения эффективности работы учреждений культуры являются опросы пользователей, причем речь идет как об оценке удовлетворенности, так и о выявлении потребностей пользователей библиотеки. В эти же годы в западном библиотеко278 ведении утвердился тезис о необходимости отхода от «элитарной» концепции НБ как «библиотеки для ученых» к более демократической концепции НБ как «библиотеки для всех». Именно с этого времени усиливается стремление НБ доказать свою значимость, стать местом проведения различных мероприятий, на которые приглашаются все желающие. Далее можно отметить существенные изменения в составе читателей: в конце ХХ в. на сцену вышло новое поколение «искателей знания», ожидающих быстрого и легкого доступа к информации, лучше всего – из собственного дома (или студенческого кампуса). Конечно, НБ традиционно не ориентировались на подобных пользователей, но именно это и дало толчок изучению изменившихся запросов читателей, в том числе в электронной среде. Кроме того, среди читательской аудитории НБ стали постепенно формироваться обособленные группы, требующие специального внимания. Одна из наиболее заметных групп – любители генеалогии, число которых все более и более возрастает. И, наконец, сказался и бум библиотечного строительства, пришедшийся на конец ХХ в. Освоение нового здания – это практически всегда повод для переосмысления читательской аудитории, сопоставления качества обслуживания в разных помещениях, осмысления перспектив комплектования и хранения литературы, использования современных технологий и т. д. [322, с. 22–24]. Еще более малочисленными выглядят исследования, затрагивающих имидж сразу многих НБ: поскольку эти библиотеки сильно отличаются друг от друга, их сопоставление возможно далеко не по всем видам деятельности. Тем не менее к настоящему времени уже предпринят ряд попыток решить эту проблему – правда, не столько в отношении имиджа, сколько в отношении сравнения эффективности работы НБ разных стран. Идея о необходимости разработать систему индикаторов специально для НБ родилась на сессии ИФЛА в Осло в 2005 г. Когда созданная для реализации данной идеи Рабочая группа при Техническом комитете Международной организации стандартизации (ISO) приступила к разработке соответствующего документа, ее участники быстро пришли к мнению, что ранее существовавшие индикаторы успешной работы библиотек, разработанные в расчете прежде всего на публичные и научные библиотеки, не отвечают потребностям НБ, являющихся уникальными культурными институтами в своих государствах. Отчасти это обусловлено их функциями, отчасти – историей становления и развития [583]. В результате Рабочая группа подготовила Технический отчет ISO 28118 «Информация и документация – индикаторы успешной работы для нацио279 нальных библиотек», окончательная редакция которого была опубликована в 2009 г. [437; см. также: 22, с. 83–84; 56, с. 84–85]. В данном документе определены 30 индикаторов, характеризующих успешную работу НБ, и определены способы сбора данных, при которых выявляются эти индикаторы. Составители отчета первоначально пытались использовать индикаторы, разработанные для библиотек в целом, но бóльшая часть из них сопоставляла деятельность библиотек с размером основной группы пользователей, что не подходило для НБ. В результате в список индикаторов вошли такие показатели, как процент национальных публикаций, получаемых НБ, процент выданных читателям национальных печатных изданий, процент новых записей в национальной библиографии (он позволяет оценить скорость получения и каталогизации документов), а также некоторые параметры, применимые для библиотек всех типов (среднее время предоставления документа из закрытого хранения, скорость выполнения справок и др.). 3.2. Зарубежный опыт Имидж НБ поддерживается не только представлениями публики о «самой-самой библиотеке», но и благодаря позиции, занимаемой самим библиотечным сообществом. По данным ИФЛА, 74 % библиотечных работников полагают, что статус и имидж библиотекаря зависят от категории той библиотеки, в которой он работает. Соответственно, наилучший имидж имеется у национальных и вузовских библиотек (первое и второе места) а наихудший – у публичных и школьных (седьмое и восьмое места). Подобное деление по-своему логично, но в то же время свидетельствует о наличии в библиотечном деле существенных противоречий. Прежде всего, получается так, что наихудший имидж оказывается у тех книгохранилищ, с которых у большинства читателей как раз и начинается знакомство с библиотеками как таковыми [24, с. 10; 227, с. 22; 551, р. 7–10]. Различие между НБ и публичными библиотеками подчеркивается и имиджем самого государства: в большинстве развитых стран НБ существуют как автономные образования, независимые от системы публичных библиотек, в то время как публичная библиотека, выполняющая функции НБ – признак развивающихся стран [308, с. 69–70]. Можно отметить и тот факт, что у НБ применительно к имиджу оказывается больше общего с университетскими, чем с публичными библиотеками, хотя по своей доступности НБ ближе к публичным. Однако ситуация постепенно меняется, и в настоящее время НБ могут рассматриваться и как научные, и как публичные библиотеки [19, с. 32]. При этом стремление НБ стать более доступными для широкой публики не является идеальным выходом из 280 положения: чем больше НБ напоминает публичную библиотеку, тем больше угроз создается ее имиджу. Если говорить об опыте отдельных библиотек, то здесь в первую очередь следует упомянуть об организации библиотечных исследований в Британской библиотеке (она является признанным мировым лидером изучения оценок, предложений и замечаний пользователей). С 1973 г. в ней проводится регулярный мониторинг показателей деятельности и мнений читателей о ее работе. В июле 1997 г., в преддверии открытия нового здания Британской библиотеки, была организована специальная группа (служба) контроля качества обслуживания читателей. Одной из главных доводов в пользу создания такого подразделения была необходимость убедиться, что правительственная субсидия на строительство, полученная библиотекой, была использована с надлежащей эффективностью. Нужно было также оценить эффективность обслуживания читателей, наладить его мониторинг, сформулировать предложения по совершенствованию работы библиотеки и создать эффективный канал коммуникации между библиотекой и ее пользователями. Первоначально использовались специальные формы под заголовком «Ваше мнение имеет для нас значение…», в которых читатели высказывались по поводу работы библиотеки. Все суждения заносились в базу данных, а всем, кто заполнил форму и указал свой адрес, были посланы карточки с выражением признательности. Кроме того, обстоятельные ответы направлялись тем пользователям, которые высказали какие-либо претензии. Существенным стимулом к активизации исследований стал переезд части фондов в новое здание в Сент-Панкрасе, а также не слишком доброжелательная кампания в прессе, касающаяся целесообразности этого переезда и недостатков нового комплекса. Кроме специального опроса «Первое впечатление о новом здании», неоднократно проводились анкетирование и интервьюирование читателей. В результате в свет стали выходить ежемесячные и полугодовые отчеты, содержащие анализ жалоб, комплиментов и предложений, полученных от читателей. Они распространялись от дирекции библиотеки до низшего управленческого звена. Наиболее охотно читатели заполняли анкеты, когда новое здание только открылось. В течение первых шести месяцев его работы была заполнена 1481 анкета, где содержались 2352 предложения и критических замечания (за год, предшествовавший переезду, гуманитарные залы, располагавшиеся в Британском музее, получили всего 37 анкет). Столь заметный рост объяснялся наличием четкого и простого механизма ответов читателям. Из числа учтенных замечаний можно назвать продление часов работы (самое распространенное пожелание), орган библиотеке гораздо большей уровень автоматизации, она наиболее современная, занимается 293 ведением Национальной электронной библиотеки Казахстана (kazneb.kz) и ведет большую международную деятельность. В целом в статье делается вывод о том, что не столь важна специфика постсоветских республик, сколько интернациональные проблемы библиотечной профессии, примерно одинаковые для всех стран мира. 3.3. Отечественный опыт 3.3.1. Исследования читателей в РНБ Изучение читателей в РНБ имеет длительную историю и восходит к первым годам существования тогда еще Императорской Публичной библиотеки [106]. Однако наибольший интерес представляют исследования второй половины ХХ – начала XXI в., когда соответствующие исследования стали регулярными, и в них появилось достаточно большое количество сведений, относящихся к проблеме восприятия библиотеки ее пользователями [340]. Сначала, однако, следует упомянуть работу более общего порядка, а именно общесоюзное исследование «Библиотека и научная информация» (1965–1969). Значительное внимание восприятию библиотек читателями в нем уделялось из-за негативного отношения к традиционным книгохранилищам как звеньям системы научно-технической информации. В этой работе были сформулированы как внешние стереотипы восприятия библиотек (отношение к ним как к отмирающим информационным учреждениям или книжным складам, занижение их роли), так и стереотипы, присущие самим библиотекарям [276, с. 14–15]. В рамках данного исследования было проведено и анкетирование читателей ГПБ, охватившее 1710 читателей [137, с. 8–24]. Оно, в частности, показало, что внедрение новых элементов в систему научных и библиотечных коммуникаций не всегда приводит к одномоментным изменениям в поисковом поведении читателей, которые в массе своей продолжали воспринимать библиотеку как культурный, а не информационный центр. В 1970–2000-е гг. в общих читальных залах неоднократно проводились исследования читательской аудитории и запросов на литературу из основных и подсобных фондов, нацеленные на совершенствование организации фондов и справочного аппарата. Изучение состава читательской аудитории впервые было осуществлено в 1963 г., повторно – в 1983 г. в рамках комплексного исследования «Состав читателей ОЧЗ и их запросы на литературу». В 1986–1990 гг. сотрудники общих читальных залов приняли участие в широкомасштабном общегородском исследовании «Место общих чи294 тальных залов в системе обслуживания студентов города». Исследование показало, что создание совершенной системы обслуживания городского студенчества возможно только при одновременном исследовании работы всех библиотек города, читателями которых являются студенты. Применительно к современному моменту, который можно условно отсчитывать от момента преобразования ГПБ в РНБ, выделяются несколько исследований, содержащих весьма подробную и разностороннюю информацию, касающуюся восприятия данной библиотеки читателями. Конечно, по своей сути все эти работы так или иначе выходили за рамки изучения одного только внешнего облика РНБ, однако расширенный подход к читательской аудитории, ее запросам и нуждам был, на наш взгляд, только во благо: у читателей имелась возможность выразить свое мнение относительно самых разных вопросов, чего нельзя сделать, акцентируя внимание пользователей только на имидже. Именно поэтому общая стратегия многостороннего изучения мнений читателей РНБ, сложившаяся к настоящему времени, выглядит вполне обоснованной и логичной. Одним из первых исследований новейшего времени, имевшим отношение к имиджу, было исследование «Современный читатель РНБ как объект справочно-библиографического обслуживания» (1994–1995). Среди выявленных проблем обращает на себя внимание излишняя самостоятельность читательского поведения: к библиографам обращался лишь каждый пятый читатель, и лишь 10,8 % читателей определили библиотеку как место, где формировалась их поисковые и исследовательские навыки [108]. В то же время одной из характерных особенностей читателей оказалась их направленность на серьезную научную работу и, соответственно, восприятие РНБ как научной библиотеки, заниматься в которой почетно и престижно. Так, в частности, пользователи научных читальных залов при анкетировании «приписали» себе в два раза больше научных степеней, чем то следовало из данных библиотечной статистики (34,2 % от общего числа читателей вместо реальных 15,6 %). Похожая картина применительно к наличию высшего образования наблюдалась и в общих читальных залах [255, с. 160]. В историческом плане применительно к концу ХХ – началу XXI в. можно еще раз упомянуть уникальную в своем роде хрестоматию «Публичная библиотека глазами современников» (СПб., 1998–2003), воссоздающую едва ли не полный спектр оценок деятельности библиотеки обществом за очень большой промежуток времени. Единственным ее недостатком, достойным упоминания, является сложность интерпретации многочисленн тоже во многом ориентируясь на эмоциональные, релаксационные потребности пользователей. 308 А что в этом направлении может сделать национальное книгохранилище, с фиксированным набором функций хранения и сохранности вечных культурных ценностей? Даже физический комфорт, соответствующий требованиям читателей, обеспечить не просто, а комфорт душевный, эмоциональный, интеллектуальный? И где граница, отделяющая разумный комфорт от ненужных или опасных излишеств? Вопросов пока больше, чем ответов» [271, с. 122]. 3.3.2. Другие исследования Из исследований последних лет, проведенных другими НБ, можно еще раз упомянуть анкетный опрос читателей, осуществленный РГБ в 2013 г. Его результаты в целом оказались похожими на те данные, которые были получены РНБ: Общее отношение пользователей к РГБ можно считать положитель• в полной мере удовлетворены ее работой 68,4 % читателей, 30 % – частично, и лишь 1,6 % остались недовольными. Решающими факторами при этом стали универсальность фондов (даже при наличии поблизости других крупных книгохранилищ), удобное расположение библиотеки и наличие доступа к электронной библиотеке диссертаций [260, с. 62]. Как и в случае с РНБ, образ РГБ в глазах читателей различен, и ут• что ее посетители занимаются в ней только наукой, не представляется возможным. Дело заключается не только в преобладании молодежи: среди студентов образовалась группа лиц (2 % читателей), приходящих в библиотеку с целью общения. Такие результаты для социологических опросов являются принципиально новыми [260, с. 61]. «Несмотря на то, что многие пользователи одним из факторов при- • влекательности отметили „комфортные условия в библиотеке“, рабочую атмосферу, ее интерьеры и тишину, 14,9 % считают некомфортным температурный режим и 10,6 % – микроклимат в читальных залах РГБ. Только чуть более половины респондентов оценили эти параметры положительно. <…> Огромное значение при оформлении интерьера библиотеки должно уделяться подбору мебели и оборудования, отвечающих ее специфике. По данным опроса 23,2 % респондентов считают, что библиотечная мебель в РГБ частично или полностью не соответствует их потребностям. <…> Если 10 лет назад в ходе опросов читателей такой компонент качественного библиотечного обслуживания как организация индивидуальных зон работы пользователей практически не упоминался, то сегодня более 30 % студентов считают необходимым организацию в библиотеке кабинетов для инди309 видуальной и групповой работы. <…> 22,2 % из опрошенных отметили, что в библиотеке недостаточно рекреационных зон» [260, с. 67–68]. • Оценка пользователями персонала библиотеки в целом очень высока. Наибольшую удовлетворенность читатели выразили в отношении компетентности сотрудников (89,2 %), их внешнего вида (87,8 %) и вежливости (78,5 %). • Из высказанных предложений и замечаний наиболее выделяются необходимость сокращения времени доставки документов из основного фонда, пополнение фонда отсутствующими изданиями в соответствии с требованиями посетителей, увеличение часов работы библиотеки, снижение цен на платные услуги (прежде всего ксерокопирование) и улучшение информированности читателей об услугах учреждения [260, с. 68–69]. Похожие выводы содержатся и в исследованиях, в разные годы проведенных НБ Республики Татарстан. Так, в исследовании «Организация обслуживания читателей в национальной библиотеке» (1993–1999) отмечалось хорошее отношение пользователей к самому учреждению, а из наиболее важных факторов, влияющих на общую оценку библиотеки, – чистота (69,3 % опрошенных), эстетическое оформление (57,2 %) и тишина (50 %). Наиболее существенными недостатками были признаны отсутствие свободного пространства, сложности при использовании каталогов и недостаток информации об услугах библиотеки. Несмотря на то, что в анкете отсутствовали вопросы о доступности информации, респонденты неразрывно связывали комфортность библиотечной среды с комфортностью информационных ресурсов [103, с. 83]. Исследования «Обслуживание пользователей Национальной библиотеки Татарстана документами по культуре и искусству» (2000–2001) и «Обслуживание пользователей татарской и краеведческой литературы в Национальной библиотеке Татарстана» (2003–2004) показали наличие устойчивых требований читателей, отмеченных и в других опросах. Среди них – снижение тарифов на услуги ксерокопирования, активное комплектование новой литературой, продление времени работы библиотеки и организация красочной рекламы по всем направлениям ее работы, включая сайт и электронные услуги. Исследование «Оптимизация деятельности Национальной библиотеки Татарстана по предоставлению информационных и коммуникационных услуг» (2009–2010) показало важную роль библиотечного сайта для улучшения представления читателей о библиотеке и в то же вре ли начинают высказывать требования, которые библиотека исполнить просто не в состоянии. 311 Глава 4. Национальные библиотеки в «небиблиотечных» источниках 4.1. Образы крупнейших библиотек в художественной литературе 4.1.1. Общие тенденции Образы библиотек в художественной литературе – тема поистине неисчерпаемая, и не столько даже по причине обилия соответствующих описаний, сколько из-за присущих им противоречий и парадоксов. Одним из наиболее интересных и в то же время малоизученных аспектов данной темы является описание писателями деятельности НБ. И действительно, при всем обилии зарубежных, а в последние годы и отечественных публикаций, посвященных образу библиотек в литературно-художественных источниках, главным государственным книгохранилищам, как ни странно, уделяется не так уж и много внимания. Разночтения начинаются уже с определения самого объекта исследования: а что же вообще понимать под образом НБ в художественной литературе? Учитывать ли изображения их предшественниц – королевских библиотек? А как быть с описаниями библиотек будущего? Рассматривать ли книгохранилища, придуманные писателями? На наш взгляд, применительно к художественной литературе проблему лучше всего ставить максимально широко и анализировать не только образы все описанные писателями крупнейшие биреально существующих НБ, но и блиотеки, так или иначе выполняющие их функции. Такая логика имеет под собой определенные основания: образ НБ в романах весьма неоднороден, и в этом отношении можно выделить по крайней мере три варианта описания: а) писатель изображает реальную библиотеку под ее настоящим именем; б) в художественном произведении создается некий обобщенный образ под вымышленным названием или же место действия не уточняется; в) в научной и ненаучной фантастике может изображаться главная библиотека какой-либо планеты, галактики, а то и Вселенной. По большому счету, такие случаи тоже можно рассматривать наравне с остальными. Конечно, существуют и отдельные афористические высказывания писателей, касающиеся общего состояния книжного и библиотечного дела, которые можно отнести и в адрес НБ. Подробный анализ подобных высказываний не входит в задачи настоящей работы, однако представляется возможным привести два-три примера подобного рода. 312 Применительно к реально существующим библиотекам можно отметить следующие моменты. В исторических романах НБ (или ее предшественница – королевская библиотека) может описываться как примета своего времени – правда, сильно контрастирующая с окружающим ее хаотичным внешним миром. Кроме того, шансы на изображение библиотеки возрастают в том случае, если в произведении бушуют библиофильские страсти или же имеется детективная интрига, связанная со старинными документами. Примером может служить роман «Экслибрис» Р. Кинга, действие которого происходит в 1660 г. В этом произведении упоминаются Императорская библиотека в Вене, библиотека Пражского замка, принадлежавшая королю-алхимику Рудольфу II, и некоторые другие крупные книгохранилища. При этом автор ставит непростые вопросы об отношениях библиотеки и государства: «Просто поразительно, с какой решительностью короли и императоры стремились уничтожать книги. Но культура ведь вся построена на таких осквернениях, разве не так? <…> Да, большая библиотека… – это опасный арсенал, которого короли и императоры страшатся больше, чем самой большой армии или ог* склада боеприпасов» [2/33, с. 48, 91] . Вероятность изображения крупнейших библиотек достаточно велика и в том случае, когда главными действующими лицами того или иного романа или рассказа являются люди, так или иначе связанные с книгой и информацией – писатели, историки, филологи, книгоиздатели, журналисты, библиотекари и т. д. В некоторых случаях крупнейшие книгохранилища могут изображаться в виде неприступных крепостей, которые не столько открывают истину, сколько тщательно прячут ее от читателей. Найти искомое помогает либо случайность, либо экстремальная ситуация, либо божественное вмешательство. Так, один из персонажей новеллы Х.-Л. Борхеса «Тайное чудо» [2/12], библиотекарь Клементинума, долгие годы пытающийся отыскать имя Бога, спрятанное в одной из букв на строчках книг четырехсоттысячного собрания данной библиотеки, полностью ослеп, но так и не приблизился к заветной цели. Главному герою новеллы, писателю и специалисту по алхимической и оккультной литературе Яромиру Хладику, приговоренному к смерти нацистами, повезло больше, – но лишь в результате вмешательства свыше и лишь на одну секунду реальной земной жизни, растянувшуюся в его сознании на целый год творческой работы. * В этой главе приводя мом искусственной вентиляции, стуком каблуков и т. п. (Любопытно, что подобный перечень 342 в целом совпадает с критическими высказываниями читателей, выявленными в ходе социологических исследований в реально существующих библиотеках [255, с. 239–240].) • Описания реально существующих НБ в художественной литературе, пожалуй, более противоречивы, чем описания любых других книжных собраний: с одной стороны, соответствующие зарисовки довольно подробны и, что называется, списаны с оригинала, а с другой, – всего многообразия функций НБ в художественной литературе не показывается: скорее, она изображается как очень большая публичная библиотека, достаточно медлительная и не слишком доброжелательно настроенная по отношению к своим посетителям. • При изображении НБ подчеркивается мысль о том, насколько же сильно подавляет человека огромное количество знаний, собранных в одном месте, причем подавляет и при случайном визите в библиотеку, и при выборе профессии, и при научных занятиях. Образ Вавилонской библиотеки может проявляться и в несколько ином аспекте: причудливое смешение языков, людей и персонажей скорее отпугивает, чем привлекает. • Обобщающего образа библиотеки, равно как и единого образа библиотекаря, в художественной литературе не существует – скорее, можно говорить о нескольких распространенных образах, сочетающихся друг с другом. В особенности это заметно именно на примере крупнейших библиотек, которые могут фигурировать в различных жанрах и описываться с позиций разных персонажей. 4.1.2. Специфика изображения отдельной библиотеки (на примере Российской национальной библиотеки) На примере Российской национальной библиотеки можно рассмотреть более подробно, как проявляются в тех или иных произведениях перечисленные выше закономерности, свойственные художественной литературе при описании крупнейших книгохранилищ. Заметных упоминаний библиотеки в прозе XIX в. было немного. «Одно утро в Имп. С.-Петербургской библиотеке» М. Н. Загоскина [2/27, с. 49–63] – это, скорее, просто очерк о ее книжных богатствах, а в «Чувствительном путешествии по Невскому» П. Л. Яковлева библиотеке посвящена всего пара строк, причем достаточно ироничных: «Идем далее... – Библиотека!.. За нею театр... Если б только я не торопился домой! Но всякий путешественник бывал и в библиотеке и в театре! Правда, но всякий петербургский житель также бывал в обоих, и я, под защитой этого оправдания, иду ужинать... к одному доброму приятелю... Аничков мост близехонько» [2/67, с. 65]. 343 Наиболее яркий, но не самый привлекательный пример из дореволюционной литературы – это рассказ И. Э. Бабеля «Публичная библиотека», написанный в годы Первой мировой войны. В нем повествуется, как «прикоснувшиеся к книге» библиотекари Императорской Публичной библиотеки сами сделались «отражением живых, настоящих людей»: «Одни из них – „замечательные“ – обладают каким-нибудь ярко выраженным физическим недостатком: у этого пальцы скрючены, у того съехала набок голова и так и осталась. Они плохо одеты, тощи до крайности. Похоже на то, что фанатически ими владеет какая-то мысль, миру неизвестная. <…> У библиотекарей „незамечательных“ – начинающаяся нежная лысина, серые чистые костюмы, корректность во взорах и тягостная медлительность в движениях. Они постоянно что-то жуют и двигают челюстями, хотя ничего у них во рту нет, говорят привычным шепотом; вообще, испорчены книгой, тем, что нельзя сочно зевнуть» [2/7, с. 35–36]. Не лучшим образом описываются и посетители: это постоянные читатели «с признаками безумия», «провинциальные юноши» с горящими глазами, скучающие военные и читающие евреи – «неизменная принадлежность каждой публичной библиотеки в Российской империи» [2/7, с. 36]. На первый взгляд, причины появления малопривлекательных образов вполне понятны: описывая деятельность крупных библиотек, писатели рано или поздно начинали критиковать их деятельность и по-своему типизировать библиотекарей (причем большинство «библиотечных» стереотипов и в Европе, и в Америке (если, конечно, не учитывать образ библиотекаря-монаха – ревностного хранителя сокровищ монастыря или Ордена) возникло как раз в период между Первой и Второй мировыми войнами [433, р. 21, 97; 474, р. 20]), однако столь большая «концентрация» карикатурных описаний, как в «Публичной библиотеке», заставляет относить ее на счет особенностей творчества конкретного автора. Из других произведений конца XIX – начала ХХ в. можно упомянуть «Видение в Публичной библиотеке» Д. П. Мордовцева, хотя в этом случае стереотипы (засыпающие в читальном зале читатели, беседующие друг с другом призраки) выражены более мягко [2/48]. Из произведений 1920-х гг. можно отметить роман В. А. Каверина «Скандалист, или Вечера на Васильевском острове», в котором немало места отводится изображению различных книгохранилищ, причем в описаниях также присутствуют характерные для художественной прозы стереотипы. Так, профессору Степану Степановичу Ложкину, случайно запертому на ночь в Ленинградском университете, мерещатся призраки в университетской библиотеке, а его неожиданное появление в читальном зал тать отдельные высказывания писателей о роли библиотеки в их жизни. Произведений такого 352 рода имеется довольно много, в том числе и посвященных ИПБ-ГПБ-РНБ. Этому «жанру» отдали дань О. Ф. Берггольц, В. М. Инбер, Ю. Н. Тынянов, О. А. Форш, уже упоминавшиеся выше В. А. Каверин и С. Я. Маршак [2/11; 2/28; 2/29; 2/45; 2/61; 2/62]. Другое дело, что это уже не собственно художественная литература, и контраст между отдельными апологетическими высказываниями в адрес библиотеки и обычными романами и рассказами все же довольно заметен. Подводя итоги, можно заметить, что описания РНБ в художественной литературе, как и описания других НБ, не лишены противоречий. Создаваемый писателями образ – это причудливая мозаика, зависящая и от жанра литературы, и от описываемой ситуации, и от желания (или нежелания) литератора следовать устоявшимся стереотипам при описании библиотек. При этом надо подчеркнуть тот факт, что изображенная на страницах романов и рассказов реальная библиотека – не обобщенный образ, она, безусловно, узнаваема, и в этом есть свои «плюсы» и свои «минусы». С одной стороны, упоминания библиотеки в художественной литературе – это один из путей создания имиджа, но с другой, – если уж писатель начинает критиковать ее работу, то негативный эффект оказывается более сильным и «долгоиграющим», чем, к примеру, от статьи в прессе. 4.2. Национальные библиотеки в художественных фильмах После обзора художественной литературы, естественно, возникает и вопрос о том, часто ли НБ изображаются на экране. В данном случае приходится констатировать, что такие случаи (даже в масштабе всего мирового кинематографа) встречаются весьма редко. Это можно объяснить несколькими причинами: либо создатели фильмов проявляют к этим библиотекам больше уважения, чем ко всем прочим и не используют их в развлекательных сюжетах, либо не находят в них ничего интересного для массового зрителя, либо вынуждены считаться со сложностями, связанными с организацией самого процесса съемок (к примеру, в США больше всего библиотечных сцен независимо от сценария и типа библиотеки было заснято не в стенах Библиотеки Конгресса, а в Публичной библиотеке Лос-Анджелеса – по причине ее близости к Голливуду). Иными словами, НБ – это достаточно узнаваемый образ, и, в отличие от городской библиотеки, заменить его чем-то иным не всегда бывает возможным. В целом НБ изображаются в фильмах в нескольких ситуациях. Прежде всего, она показывается тогда, когда встает вопрос государственной важности. Иногда это может быть сюжет из далекой истории (как, например, 353 пожар Александрийской библиотеки в «Цезаре и Клеопатре», который, по мнению ее библиотекаря Теодота, пишущего письмо Цезарю, был страшнее, чем гибель 10 тысяч человек) [2/85], иногда – из сравнительно близкой (в фильме «День Шакала» международный террорист, готовящий покушение на де Голля, просматривает газеты в Библиотеке Британского музея) [2/86]. Один из наиболее причудливых способов использования НБ представлен в ленте «Сокровища нации», в которой главные герои изучают в Библиотеке Конгресса схему расположения подлинника Декларации Независимости США с целью его похищения (на обороте Декларации невидимыми чернилами нарисована карта, указывающая путь к сокровищам) [2/90]. Еще один случай – это детективное расследование. Оно может быть как связанным с библиотекой (так, в одной из серий «Комиссара Рекса» доблестная немецкая овчарка раскрывает кражу книг из Австрийской национальной библиотеки) [2/89], так и иметь более общий характер (в фильме «Вся президентская рать» показывается Библиотека Конгресса, в которую обращаются за информацией журналисты «Вашингтон Пост» Боб Вудворд и Карл Бернстайн, расследующие Уотергейт [2/81]. При этом, однако, следует подчеркнуть, что детективные сюжеты – отнюдь не прерогатива НБ: чаще всего в подобных случаях фигурируют публичные библиотеки, несколько реже – университетские. Далее можно упомянуть о показе крупнейших собраний в фантастике, в особенности в антиутопиях (при этом могут изображаться как реальные, так и вымышленные библиотеки). В некоторых случаях в подобных фильмах высмеивается библиоцентризм, присущий «книжным червям», и содержатся узнаваемые «стереотипные» образы библиотекарей, как, например, в фильме «Звездные войны. Атака клонов». В нем показывается недоброжелательная библиотекарша с узлом волос на затылке, категорично заявляющая главным героям, что если в галактической библиотеке нет информации об определенной планете, значит, такой планеты вообще не существует [2/92]. В фильме «Бразилия» Сэма Лаури – типичного для зарубежного кино мужчину-библиотекаря (аккуратиста, убежденного холостяка и маменькиного сынка) подводит излишняя наблюдательность: работая в некоем Министерстве информации, он случайно замечает ошибку в одном из документов, пытается ее исправить (ради понравившейся ему девушки Джил Лейтон) и… объявляется опасным государственным преступником [2/84]. В других случаях режиссеры изображают мрачное будущее человечества (после ядерной войны, всемирного потопа, захвата планеты пришельцами, опустошительной эпидемии и т. п.) и, соответственно, же убежище для чудаковатых ученых, но не как учреждение, приближенное к реальной жизни. 356 Выводы Подводя итоги сказанному, можно выделить следующие положения. • На примере НБ хорошо видно, что «библиотека» – термин многозначный: это одновременно и набор выполняемых функций, и отдельная организация, и ее здание, причем все эти «составляющие» играют свою роль при формировании обобщающего образа. • «Пик» болезненных размышлений о судьбах НБ пришелся на 1990-е гг.; в дальнейшем ситуация начала постепенно меняться к лучшему. Тем не менее и в более новых публикациях можно обнаружить предостережения, суть которых чаще всего сводится к четырем позициям: а) НБ не должны акцентировать какую-либо одну свою функцию в ущерб остальным; б) НБ не способны собирать все электронные публикации в Интернете без ущерба для их содержания и имеющегося контекста; в) НБ не следует уповать на оцифровку фондов и создание электронных библиотек как на своеобразную панацею; г) нет гарантии того, что НБ со временем не превратятся в музеи книги и старинной библиотечной техники. • Имеются три группы проблем, влияющих на восприятие НБ: проблемы, связанные с непосредственной деятельностью этих библиотек; проблемы всего библиотечного дела, сказывающиеся в том числе и на НБ; проблемы, выходящие за пределы библиотечной сферы. НБ, как никакая другая библиотека, оказывается зависимой от внешних факторов, которые различаются от страны к стране, в том числе от размера государства, истории национальной культуры и уровня экономического развития страны. • Из наиболее существенных имиджевых проблем НБ можно выделить следующие: – эти библиотеки не имеют краткого и понятного широкой публике определения, которое выражало бы суть их деятельности; – нет бесспорного обоснования того, сколько НБ необходимо одному государству; – из-за множества функций, которые к тому же меняются с течением времени, НБ сложно создать обобщающий образ, близкий и понятный всем пользователям; – запросы читателей в большинстве случаев не требуют привлечения НБ. В настоящее время меняются и взгляды самих пользователей на поиск, обработку и интерпретацию информации; – НБ сложно выделить целевые группы пользователей, а тем более – произвести то, что в маркетинге называется сегментацией рынка; 357 – большинство НБ не выдает литературу по абонементу, а значительная часть их читателей – жители того города, в котором она находится; – на НБ оказывают влияние три взаимосвязанные профессиональные проблемы, имеющие интернациональный характер: старение библиотечных кадров, негативный имидж самой библиотечной профессии и неопределенные перспективы развития традиционных библиотек в цифровом будущем; – облик НБ во многом зависит от того, насколько демократическим или тоталитарным является само государство, каких взглядов на формирование интеллектуальной элиты оно придерживается и какую культурную политику оно проводит. Парадокс заключается в том, что многие правительства хотят, чтобы НБ отвечали политическим и культурным приоритетам страны и в то же время снижали свои расходы. • Образно выражаясь, НБ представляют собой нечто вроде последнего дома гороскопа, в котором накапливаются все достоинства и недостатки предыдущих знаков. НБ обладают наилучшим имиджем относительно всех прочих библиотек и в то же время страдают от взыскательного отношения публики, выполняют множество функций и не могут наглядно показать свои преимущества общественности, располагают самыми ценными капиталами (от красивых зданий и уникальных фондов до подготовленного штата сотрудников) и постоянно стереотипизируются, «собирая» едва ли не все клише, бытующие в массовом сознании. • Можно выделить четыре группы стереотипов, касающихся дея- тельности НБ, – универсальные, общественные, профессиональные и литературно-художественные. Самым неоднозначным из универсальных стереотипов является восприятие НБ в качестве последней надежды: такой образ не выглядит привлекательным для широкой публики, и возможен он лишь при условии хорошего финансирования и комплектования данных библиотек. Из числа общественных стереотипов наиболее опасно представление о консервативности и медлительности НБ по отношению к посетителям; из числа профессиональных – стойкое убеждение в том, что эти библиотеки невозможно сравнивать друг с другом. В свою очередь, из литературно-художественных стереотипов выделяется «императорский» («королевский») образ НБ, предназначенной для узкого круга читателей, и связанный с ним образ неприступной и тщательно охраняемой крепости. Художественная литература, как и в случае с прочими библиотеками, оказывается главным разносчиком стереотипов: в худшем случае образ НБ оказывается подчеркнуто непривлекательным, в лучшем – «размытым» и лиографическая деятельность? Эти и другие вопросы еще только ждут своих исследователей. 372 Литература 1. Абрамов К. И. История библиотечного дела в России : учеб.-метод. пособие для студентов, преподавателей и библиотекарей-практиков / МГУКИ. М., 2000. 175 с. 2. Акилина М. И. Национальные библиотеки республик Российской Федерации: проблемы и тенденции // Библиотечное дело – XXI век. 2002. № 1. С. 17–23. 3. Акилина М. И. Философия современной библиотеки // Библиотековедение. 1996. № 4/5. С. 91–100. 4. Али А. Национальные библиотеки стран арабского региона: тенденции развития и функционирования в информационном пространстве : автореф. дис. ... канд. пед. наук / МГУК. М., 1998. 22 с. 5. Алтухова Г. А. Профессиональная этика библиотекаря. 2-е изд., испр. и доп. М., 2000. 112 с. 6. Амброжич М., Якач-Бижяк В., Млекуш Х. Оценка деятельности европейских НБ: состояние : докл. на совмест. заседании Секции НБ и Секции по статистике и оценке... на ИФЛА – 2003 // Новости Рос. Комитета ИФЛА. 2003. № 46. С. 32–45. 7. Амлинский Л. З. Читатель в научной библиотеке информационного общества // Науч. и техн. б-ки. 2011. № 7. С. 5–17. 8. Андрюшкина М. В. Национальная библиотека Чувашской республики: традиции и новые направления // Национальная библиотека в современном социокультурном процессе : Румянцевские чтения – 2002 / РГБ ; сост. Л. Н. Тихонова. М., 2002. Вып. 2 : Доклады и сообщения. С. 129–135. 9. Арефьев В. В. Норвегии университетская библиотека // Библиотечная энциклопедия / РГБ. М., 2007. С. 735–736. 10. Арефьев В. В. Хельсинкского университета библиотека // Библиотечная энциклопедия / РГБ. М., 2007. С. 1117. 11. Асанова А. Главу РНБ меняют публично // Фонтанка.ру: Петерб. интернет-газ. 2016. 18 янв. URL: http://www.fontanka.ru/2016/01/18/040/ (дата обращения: 19.05.2018). 12. Бабичева М. Е. Роль национальной библиотеки в формировании культуры массового чтения : (опыт популярной библиографии) // Национальная библиотека в современном социокультурном процессе : Румянцевские чтения – 2002 / РГБ ; сост. Л. Н. Тихонова. М., 2002. Вып. 1. С. 5–10. 13. Бабуров В. Раздвигая границы: медиатека – шаг в новое информационное пространство // Библ. дело. 2007. № 1. С. 34–35. 373 14. Багрова И. Ю. Библиотеки и электронные документы // Библиотековедение. 2000. № 3. С. 43–46. 15. Багрова И. Ю. Конференция директоров национальных библиотек // Библиотечная энциклопедия. М., 2007. С. 524. 16. Багрова И. Ю. Научно-исследовательская работа национальных библиотек (обзор материалов зарубежной печати 1980–1996 гг.) // Библиотековедение. 1996. № 4/5. С. 24–36. 17. Багрова И. Ю. Национальные библиотеки в зарубежной литературе 1992–1995 годов // Мир библиотек сегодня. 1996. Вып. 1 (9). С. 27–45. 18. Багрова И. Ю. Национальные библиотеки в развивающихся странах (по материалам предсессионного семинара ЮНЕСКО / ИФЛА, Москва, 12–16 авг. 1991 г.) // Библиотековедение и библиогр. за рубежом. 1994. Вып. 135/136. С. 3–15. 19. Багрова И. Ю. Национальные библиотеки зарубежных стран : обзор по материалам отечеств. и зарубеж. англояз. прессы, 2007–2012 гг. // Библиотечное дело за рубежом – 2013 : сб. аналит. и справ. материалов / РГБ ; [сост. Е. Г. Бурмистрова]. М., 2014. С. 5–63. 20. Багрова И. Ю. Национальные библиотеки зарубежных стран: основные тенденции развития, успехи и трудности : обзор по материалам англояз. лит., 1998–2004 гг. // Библиотечное дело за рубежом: конец XX – начало XXI века : сб. аналит. и справ. материалов / РГБ ; [сост. В. В. Качалина]. М., 2009. С. 113–145. 21. Багрова И. Ю. Национальные библиотеки и проблемы развития библиотечного дела за рубежом в конце ХХ – начале XXI века : обзоры, реф. и пер. англоязыч. лит. / РГБ. М., 2004. 498, [1] с. 22. Багрова И. Ю. Новое в работе национальных библиотек за рубежом : аналит. обзор по материалам отеч. и зарубеж. печати, 2001–2009 гг. // Библиотечное дело за рубежом : сб. аналит. и справ. материалов / РГБ ; [сост. Е. Г. Бурмистрова]. М., 2012. С. 47–94. 23. Багрова И. Ю. Политика комплектования и сохранения фондов национальных библиотек (по материалам зарубежной печати 1989–1993 гг.) // Библиотечные фонды: формирование и использование. М., 1998. Ч. 2. С. 63–66. 24. Багрова И. Ю. Статус, репутация и имидж библиотечной и информационной профессии : (сводный реферат) // Библиотечные кадры: статус, использование, непрерывное образов ations of state and federal libraries // Library Trends. 1958. Vol. 7, № 2. Р. 298–311. 414 Приложение 1 Национальные библиотеки мира 1 Страна Название Город Год основания С какого С какого года Web-адрес Наличие Участие в библиотеки года выпускает элексоциаль- 416 1 2 3 4 5 6 7 Государственная библиотека в 1999 http://www.nlsa.ac.za/ Претории (1887) (объединеКейптаун Приложение 2 Художественные произведения, очерки и фильмы, содержащие образы крупнейших библиотек Романы, повести, рассказы, очерки 1. Авраменко И. К. Дом на Мойке : роман в стихах. М., 1959. 285 с. 2. Азимов А. Камешек в небе; Звезды как пыль ; Космические течения : романы : пер. с англ. Ростов н/Д., 1993. 480 с. 3. Азимов А. Основание : романы / пер. с англ. С. Б. Барсова. Тула, 1992. 573, [2] с. 4. Азимов А. Основатели и Империя / [пер. с англ. А. К. Зур]. М., 1991. 295, [2] с. 5. Алексеев С. П. Публичная библиотека // Алексеев С. П. Собр. соч. М., 1984. Т. 3. С. 412–414. 6. Анненский И. Ф. Тихие песни : с прил. сб. стих. пер. «Парнасцы и проклятые». СПб., 1904. 130, IV с. 7. Бабель И. Э. Публичная библиотека // Бабель И. Э. Сочинения : в 2 т. М., 1996. Т. 1. С. 35–36. 8. Байетт А. Обладать : романт. роман / [пер. с англ. В. К. Ланчикова и Д. В. Псурцева]. М., 2002. 652 с. 9. Басманова Е. Тайна черной жемчужины. СПб. ; М., 2002. 382, [1] с. 10. Белоусов В. Дело Якубовского. Точный удар : детектив. романы. Минск, 1995. 448 с. 11. Берггольц О. Ф. Моей библиотеке // Библиотекарь. 1964. № 1. С. 20. 12. Борхес Х. Л. Сочинения : в 3 т. / пер. с исп. ; сост., предисл. и коммент. Б. Дубина. 2-е изд., доп. Тверь, 1997. Т. 1. 607 с. 13. Брэдбери Р. Сборник научно-фантастических произведений : пер. с англ. Кишинев, 1985. 576 с. 14. Бушков А. А. Сварог. Летающие острова. М., 2001. 510, [1] с. 15. Бушков А. А. Сварог. Нечаянный король. М., 2001. 509, [1] с. 16. Бушков А. А. Сварог. Печать скорби. М., 2006. 574 с. 17. Бушков А. А. Сварог. Чертова Мельница. М., 2012. 464 с. 18. Бушков А. А. Сварог. Чужие берега. СПб., 2004. 381, [1] с. 19. Ван Вогт А. Рейд к звездам : пер. с англ. М., 2002. 585 с. 20. Виндж В. Пламя над бездной ; Глубина в небе : [фантаст. романы] / [пер. с англ. М. Б. Левина]. М., 2003. 1146, [2] c. 454 21. Воробьев Е. З. Шелест страниц : рассказ // Воробьев Е. З. Незабудка : повести и рассказы. М., 1977. С. 226–259. 22. Гаррисон Г. Конные варвары : [роман] / [пер. с англ. А. И. Ганько]. М., 2003. 253, [2] с. 23. Гаррисон Г. Неукротимая планета: роман / [пер. с англ. Л. Жданова]. М., 2001. 316, [1] с. 24. Джеймс М. Р. Плачущий колодец : рассказы : пер. с англ. М. ; СПб., 2001. 541, [2] с. 25. Дик Ф. К. Время, назад / [пер. с англ. В. Яковлевой и др.]. М. ; СПб., 2011. 681, [2] с. 26. Душа дела: писатели о библ. труде / вступ. ст. В. Кочетова. М., 1987. 318 с. 27. Загоскин М. Н. Одно утро в Имп. С.-Петербургской Публичной библиотеке // Атеней. 1828. Ч. 1, № 1. С. 49–63. 28. Инбер В. М. Неисчерпаемое море // Библиотекарь. 1964. № 1. С. 23. 29. Каверин В. А. Библиотечный работник // Каверин В. А. Вечерний день. М., 1982. С. 171–173. 30. Каверин В. А. Скандалист, или Вечера на Васильевском острове : роман. 3-е изд. Л., 1931. 212 с. 31. Калинина Д. А. Из мухи получится слон : роман. М., 1999. 432 с. 32. Калинина Д. А. Сглаз порче – не помеха : роман. М., 2004. 384 с. 33. Кинг Р. Экслибрис : [интеллектуал. триллер] / [пер. с англ. М. Юркан]. М. ; СПб., 2003. 589, [2] с. 34. Книжные страсти : сатир. произведения рус. и сов. писателей о кн. и книжниках : [сост., вступ. ст. и примеч. А. В. Блюма]. М., 1987. 287 с. 35. Козлов Ю. В. Ночная охота : фантаст. роман // Железный ангел : фантаст. повесть и роман. М., 1996. С. 79–443. 36. Конецкий В. В. Кто смотрит на облака…: повесть // Конецкий В. В. В сугубо внутренних водах. М., 1982. 591 с. 37. Константинов А. Д. Адвокат : роман ; Какая мафия круче? : очерки. СПб., 1995. 528 с. 38. Крылов И. А. Водолазы : басня // Описание торжественного открытия Имп. Публичной библиотеки, бывшего января 2 дня 1814 года с читанными при оном сочинениями и разными до сего случая относящимися сведениями, к которым приобщено историческое известие о сем книгохранилище. СПб., 1814. С. 103. 39. ristensen (Anakin Skywalker). USA : Lucasfilm Ltd, 2002. 143 мин., цв. США. Фантастика. 459 Именной указатель Абрамов К. И. 373 Барсов С. Б. 454 Авраменко И. К. 345, 352, 454 Басманова Е. 350, 454 Адамс Д. 119 Басов С. А. 391 Азимов А. 129, 323, 454 Баталов А. В. 457 Акилина М. И. 373, 394 Бах С. 375 Александр I, имп. 101, 105 Бейкер Н. 70 Александр II, имп. 111, 376 Бейкер Т. см. Baker T. Александрова Т. Л. 391, 395 Белоусов В. А. 350, 454 Алексеев С. П. 352, 454 Бем-Ляйбах М. 375 Алентова В. В. 457 Берггольц О. Ф. 353, 454 Али А. 373 Берденников Н. Б. 456 Алтухова Г. А. 373 Бердигалиева Р. А. 375 Альберт I, король Бельгии 120 Березина Н. Е. 375 Альберти М. 386 Береславская М. В. 376 Амброжич М. см. Ambrožič М. Бертенева М. 456 Амлинский Л. З. 57, 373 Бён А. см. Byrne A. Ананьич Б. В. 204 Биллингтон Д. 220, 269 Андрюшкина М. В. 373 Биркетс Г. 142, 143 Анненский И. Ф. 351, 454 Благовещенский Н. М. 107 Антоненко А. Н. 382 Блейк У. 253 Арефьев В. В. 373 Блэкман Д. 376 Арсеньева З. 397 Блюм А. В. 455 Артамонов С. Н. 391 Богоудинова Р. З. 376 Архипов Д. А. 380 Богучарский В. Я. 376 Асанова А. 373 Бодрийяр Ж. 55 Астафьев В. П. 204 Боливар С. 84 Большаков К. А. 109 Бабель И. Э. 344, 345, 348, 454 Борисова Е. И. 391 Бабичева М. Е. 373 Бородина С. Д. 376 Бабуров В. 373 Борхес Х.-Л. 313, 316, 321, 322, 337, Багрова И. Ю. 17, 28, 374, 375 454 Байетт А. 314, 315, 454 Браун К. см. Brown K. Баймушкина Т. М. 375 Бриндли Л. см. Brindley L. J. Бакмейстер Л. И. 90, 405 Бродский И. А. 188 Бакусов А. Г. 151, 152, 375 Брокгауз Ф. А. 376 Балашова Е. В. 375 Брэдбери Р. 327, 454 Бани В. 392 Булгакова В. Н. 391 460 Булич Н. Н. 107 Гендина Н. И. 378 Бурмистрова Е. Г. 374–376, 387, 391, Гениева Е. Ю. 378 397 Герберт Ф. см. Herbert F. Бутурлин Д. П. 92, 104 Гильденштет И. А. 90 Бушков А. А. 331, 454 Гир В. де 389 Гитлер А. 318 Валиа П. К. см. Walia P. K. Глебов А. Н. 99 Валлах Р. 377 Глухов А. Г. 378 Ван Вогт А. 331, 454 Глухова Л. В. 398 Ванеев А. Н. 375 Голицын В. Д. 103 Варшавская Л. К. 149 Голлербах Е. А. 381 Васильев И. Г. 377 Голубева А. 383 Васильева Н. В. 386 Голубева О. Д. 378 Вахтина П. Л. 456 Гончаров Д. Е. 378 Веджворт Р. 45, 377, 414 Гончарова А. Н. 375, 376 Вей Вей 397 Гордин Я. А. 204 Венугопал А. см. Venugopal А. Горький М. 115 Вербина Н. Ф. 377, 379, 383, 387, Готье Ю. В. 203 392, 394, 396, 397 Гранин Д. А. 204 Вигэнд У. А. 377 Гретцки У. 252 Виндж В. 328, 329, 454 Грибоедов А. С. 86 Вискова И. С. 377 Грин Ц. И. 378, 379, 382, 393 Вислый А. И. 397 Грин Э. см. Green A. Вицын А. И. 107 Гринченко Н. А. 379 Вишневская Е. Э. 377 Гудайтис В. 379 Володин Б. Ф. 17, 102, 377, 378 Гудрам Ч. см. Goodrum C. A. Вольфцун Л. Б. 393, 456 Гупта М. см. Gupta М. Воробьев Е. З. 347, 455 Гусева Л. Н. 379 Воротилов Е. С. 92, 152, 153 Востоков А. Х. 107 Давыдова С. А. 2, 375, 380, 382, 384, Вудворд Б. см. Woodward B. 389, 392, 395 Вюст Р. 378 Дальгрен К. Т. 90 Данте Алигьери 355 Ганицкая И. И. 378 Дасгупта К. 379 Ганько А. И. 455 Дашков В. А. 114 Гаррисон Г. 329, 330, 455 Дворкина М. Я. 24, 379 Гаскюэль Ж.